Промолчав, но подметив грусть на лице Беллы, я пошёл следом. Мне чертовски не хотелось делать этот вечер ещё ужаснее, и я был готов на всё, что мне предложит моя девушка для поднятия настроения.

Зайдя внутрь и запершись изнутри, мы пододвинули столик к краю кровати и сели напротив. Кровать едва заметно проскрипела, но нас это никак не смутило. Было понятно, что сегодня нас такими мелочами не пронять, да и заставлять кровать скрипеть ещё больше — не в наших интересах.

Тишину нарушил звук откупориваемой бутылки, лёгкий звон стаканов и приятный звук бурбона, льющегося в хрустальную тару.

Как только горячительный напиток коснулся моих губ, я ощутил накатившее спокойствие. Само собой, тревога никуда не делась, но ощущение умиротворения словно закутывало эту самую тревогу в теплое одеяло, не позволяя мне переживать.

— Ах! — Белла откинулась слегка назад и улыбнулась. — Приятный напиток! Давно хотела его попробовать… Как же хорошо, что я догадалась убрать его отдельно от алкоголя…

— Постой… — я аккуратно поставил стакан на стол, вслушавшись в слова девушки. — Убрала отдельно от алкоголя? А разве это не алкоголь? Бурбон ведь, нет?

Белла как-то загадочно улыбнулась.

— Кто знает… — прошептала она.

Её слова вдруг стали разноситься эхом, а стакан в моей руке потерял вес. Мои руки словно оказались под толщей воды, в самом холодном океане.

— Что за странное ощущение… — прошептал я и попытался схватиться за голову, но к удивлению, промазал. — Какого…

Взглянув на руку, которая меня уже почти не слушалась, я ужаснулся. Рука двоилась, а стоило мне ей двинуть, как за ней тут же появлялся чёткий след, пропадающий через пару секунд.

— Что мы выпили? — спросил я и посмотрел на Беллу.

Девушка уже раздевалась, но получалось у неё это плохо. Она шаталась и падала при каждом своём движение.

— Ай, к чёрту! — выпалила она и потянула меня к себе.

Сопротивляться было бесполезно. Сила Беллы оказалась непомерной в сравнении с моей. Она словно многократно увеличилась под воздействием странного напитка. Я упал на кровать следом за девушкой и мир начал гаснуть.

Радовало одно… Я больше не испытывал желание убить всех, кто находится вокруг…

Ур-Аркат. Три года и два часа после событий битвы у огненного озера «Муспельхейм»

Бальтазар, находившийся за массивным дубовым столом, со злостью смотрел на своего гостя — Цербера.

— Повтори. — произнёс он и нахмурил брови.

— Я сказал, что если ты хочешь сделать ещё один глоток, то должен выполнить, что я попрошу. — ухмыльнулся Цербер в ответ и убрав бутыль за спину, цокнул зубами всех трёх голов.