Я оставил свой римский адрес фюрсту Филиберу де Шалону. То ли он поделился информацией с Антонио ди Лейвой, бывшим комендантом Павии, а теперь Милана, то ли последний сам как-то узнал, где я обитаю, но однажды вечером ко мне прискакал гонец с посланием от него. Оно было коротким и честным: срочно нужна помощь, сколько смогу набрать; оплата стандартная; денег сейчас нет, но есть священные сосуды из драгоценных металлов в залог; все трофеи наши. Я уже порядком заскучал, да и планов появилось громадье, а деньги заканчивались, поэтому тут же отправил с гонцом кроткий ответ: «Собираю Черную банду».
2
5
В Италии много красивых мест вдали от будущих туристических троп. Сворачиваешь в глухие места и натыкаешься на такие дивные пейзажи, что дух захватывает. Особенно хороши весной, когда все цветет. Начинаешь понимать, почему Возрождение началось именно здесь, откуда взялись десятки гениальных художников, скульпторов, архитекторов, поэтов…Они всего лишь подражали природе, в которой выросли.
Именно в таком месте я и устроил засаду. Почти шесть сотен аркебузиров расположились между цветущими деревьями на склонах холмов у дороги, идущей из Пьяченцы. Я сижу на стволе упавшего пробкового дуба, еще живого. Склон подмыло дождями, дерево легло, но толстые корни держатся цепко. Ветки, оказавшиеся сверху, продолжили тянуться к солнцу, выровнялись. В итоге дерево стало похоже на поставленную на бок расческу. Внизу по дороге медленно скачет отряд французских жандармов численностью сотни в полторы. Франсуа де Бурбон, граф Сен-Поль, главнокомандующий союзными силами в Ломбардии, послал его на поиски испанского отряда в тысячу двести пехотинцев, который прорывается из Генуи на помощь Милану. Жандармы на правильном пути, но есть нюанс.
Я кладу ствол винтовки на одну из боковых веток ближней, растущей из упавшего ствола, прицеливаюсь в командира на гнедом дестриэ в кольчужном барде. На голове рыцаря черный гибрид салада с шапелем и добавлена кольчужная бармица. При такой заботе о себе лицо, черноусое и хмурое, оставил открытым. Доспех латный. По терминологии из будущего — белый, по цвету — черный. Курок негромко щелкает, высекая искры. Резкий хлопок выстрела взрывает идиллию. Командир отряда дергается всем телом и плавно падает влево, от меня, на дорогу. Грохочут залпом аркебузы, сметая наездников с лошадей. Я наблюдаю за этим, быстро, на автомате, заряжая винтовку. Замечаю жандарма, который умудрился уцелеть, развернулся и поскакал, подгоняя саврасого дестриэ. Из засады никто не должен вырваться, иначе у нас будут дополнительные проблемы. По нему стреляют сидевшие в начале засады аркебузиры, специально оставленные там на такой случай, но мажут. Движущаяся цель для них пока запредельна, разве что случайно попадут. Моя пуля догоняет жандарма, попадает в спину. Он сразу сникает, и саврасый конь, которого перестали пришпоривать, замедляется. Грохочет с пяток аркебуз. Одна или две пули попадают в наездника, вышибают из седла на каменистую светло-коричневую дорогу.