Люсия расслышала произнесённые шёпотом слова друга епископа:

– Потаскуха, исчадие адово. – Брат Томас перекрестился и сплюнул на пол. Он ненавидел всех женщин. – Вот из-за таких шлюх и вымирают города, полные «чёрной смерти».

Лусия презрительно усмехнулась в ответ. Она хорошо запомнила лицо и имя обидчика.

Испанка прошествовала с гордо поднятой головой к столу устроителя турнира.

Ульф окинул взглядом онемевших от дерзости его дамы гостей. Он готов был бросить вызов любому, кто пожелает вступиться за честь священника. Но кто в здравом рассудке захочет мериться силой с живой горой мышц? Блэк заметил пустующее место и поискал глазами Джона Беркли. Ему понравился хромой английский рыцарь, хоть он и видел в нём угрозу. Но такие, как Джон, быстро надоедали его возлюбленной. Пока рядом с ней нет Дорсета, «волк» мог спать спокойно.

Но эту ночь Лусия не собиралась проводить в постели фаворита: у неё имелись другие планы.

Испанка направила взгляд на сидящего в середине длинного стола Гэбриэла. Она приказала ему повернуть голову, наблюдая за его действиями. Граф потёр рукой враз занемевшую шею, обернулся на давящий холод и в ту же секунду попал под влияние Чёрной Дамы.

Она дождалась, когда музыканты снова заиграют, и кивнула. Дорсет поднялся со своего места и, приблизившись к Королеве красоты, опустился на колено, приглашая её на парный танец. Ульф хотел встать навстречу, но испанка буквально пригвоздила его взглядом. Он не мог пошевелиться – мышцы онемели и отказались служить хозяину.

Испанка взглянула на невесту Гэбриэла, но увидела лишь дрожащий подбородок: бедная девушка прикрыла лицо руками.

Графиня грациозно обошла вокруг преклоненного рыцаря и, взяв за руку, позволила ему подняться.

Они медленно двигались в окружении последовавших их примеру пар. Французский танец редко исполняли на пиру англичан. Лусия глубоко вздохнула, смакуя любимый запах. Ей нравилось тепло тела графа. Оно дарило не только чувство комфорта, полного умиротворения, но и защищённости. И эти ощущения ей тоже показались странно знакомыми. Всё это она уже испытывала рядом с кем-то, но с кем? Испанка пыталась всколыхнуть пласты памяти, но что-то не пускала её к далёким воспоминанием, словно кто-то наложил на них заклятие.

Гэбриэл повернулся спиной к открытой двери зала, и последний луч заходящего солнца осветил тёмно-каштановые волосы. Дама вздрогнула, увидев возникшее над ними сияние. Её вечная спутница тоска стала невыносимой, ледяной холод пронзил тело до кончиков пальцев. Лусия тихонько вскрикнула и споткнулась, на мгновение потеряв контроль над графом. Он подхватил ослабевшее тело красавицы и заглянул в чёрные глаза.