— Спиной мозг… Он только что отрубился! — раздался в голове серого пилигрима голос.

— Да, — коротко ответил второй. В последние полгода он стал неразговорчивым и всё больше замыкался в себе: — Оно требует новой энергии.

— В смысле?

— Новые души, друг. Новые души…

— Какого⁈ Ты же говорил, что тело полностью работоспособно.

— Да, нашего заряда хватило на три года, за это время я планировал что-нибудь придумать. Но не вышло… Чёрная магия, приятель, она такая… мы создали другую форму жизни, души — это плата за неё.

— И что ты предлагаешь? — спросил первый.

— Найти жертву, — ответ был предельно ясен.

Ещё через полгода под уже гниющими лапами серого пилигрима лежало трепыхающееся тело какого-то светлого старца, обитающего в одном из священных деревьев. Поглотив его душу, игроки надёжно заперли её где-то в отдалённых уголках сознания так, что её слабый голос лишь иногда долетал до их слуха. Второй жертвой стал архангел, павший у подножья Визжащей горы. С ним было сложнее, но раскачавшиеся чёрные маги сумели запереть и эту сущность…

Вскоре они сбились со счёту. Привидения, духи, старцы, ангелы, легендарные существа разной степени разумности, наконец, игроки следующей попавшей в Игру расы. В этом бесконечном круговороте Первые Двое постепенно теряли управление над телом, всё больше и больше душ рвались из подкорки сознания наружу, и дверь, сдерживающая их напор, должна была слететь с петель. Вскоре второй сдался, погружаясь в себя уже окончательно. Его душа с течением времени совершенно вымылось на нижние уровни сознания, даже не пытаясь взять в руки власть над телом серого пилигрима.

Первый дрался до конца. Он уже плохо помнил, кто он и как попал в тело. Единственной целью этой души стало достижение былой власти. А ещё выживание — самая верная мотивация для зверя. Он никогда не отличался эмпатией, но теперь полностью потерял любое сострадание. Когда это яростно сверкающее зрачками создание прорывалось к управлению, уровень серого пилигрима резко подскакивал за сотый, мышцы тут же наливались силой и мощью, сердце с утроенной силой перегоняло вскипающую кровь, а лапы буквально разрывали противника. Все души, попавшие в серого пилигрима, боялись Зверя, благоговели перед ним и одновременно ненавидели. Он был Первым и первым же оставался. Создатель тюрьмы.

При малейшей опасности для серого пилигрима, доминирующее сознание отпускало управление, и тогда наружу вырывался Зверь, либо выворачивая противника наизнанку, либо с невероятной прытью ускользая из самых опасных ситуаций.

Среди заточённых в теле находились и самоубийцы, готовые на всё, лишь бы вызволить свою душу из клетки. Но те, кто страшились Смерти, пока что одерживали верх.