— Надеюсь, как мы договорились, сильного ущерба жителям Черноземья не творилось? — спрашиваю тут же.

На что все Беи мотают головой отрицательно, но я чувствую, что врут конкретно.

— Придется все ваши пожелания исполнить потом, когда проедусь по всем хуторам и деревням, чтобы посчитать ущерб. И еще составить списки угнанных в полон, ведь мы теперь союзники, так обижать своих негоже.

И с этой стороны есть косяки, наверняка, кого-то погонят в степь, сами не зная зачем.

— Какой вам толк от обычных крестьян, которые не мастеровые и которые умеют только растить урожаи, да еще в нашей земле? Неужели из Астрии не набрали таких? Кто к вашим степным землям более привычен?

После долгих переговоров выясняется, что полоны собраны пока около реки для каждого племени отдельно и ждут решения после наших переговоров. Набирать их еще больше или не набирать совсем, если мы правильно договоримся.

Ага, еще один аргумент для меня получается, отлично, что смогу вернуть наших людей обратно.

— Давайте так, если мы договорились по складам и вообще, что воевать больше активно не станем. Тогда я гружу часть вашего заказа или выкупа, если хотите, так называйте. Потом мы все вместе едем к Протве, где я меняю городские товары на пленников. Больше или меньше у кого народа в полоне — такое не важно, все получат одинаково по количеству, но за всех наших людей!

Договариваемся довольно легко по данному поводу, полоны степняки набрали больше от жадности. Гнать их нужно до степей две осьмицы дней, да и не нужны там наши люди особо, своих теперь крестьян из порабощенной Астрии на все хватит.

— Сколько с тех, кто в Астрии на земле живет, теперь брать будете? — еще интересно мне теперь.

— Треть от урожая, — отвечает один из Беев.

— Не много это? — интересуюсь на всякий случай, хотя сам понимаю, что — вполне по-божески для захватчиков.

Примерно уже столько наши мастерские платят в Ратушу, кто четверть, кто треть, но тут свои люди своим же платят, а тут крестьяне поработившим их степнякам столько же должны!

— С них по три четверти урожая прежние хозяева забирали и еще всякими повинностями обкладывали. Так что они очень даже рады, что теперь на нас работают, а не на своих прежних хозяев, — уверенно отвечает мне хорошо осведомленный и немного грамотный Бей.

Ну, жизнь в княжестве для землепашцев была очень тяжелая, свои же дворяне последние шкуры с них снимали и зерно безжалостно вытряхивали на любые прихоти, да еще на постоянную войну со степью.

Теперь, наверно, под властью степи крестьянам сильно проще будет, да и вообще жизнь посвободнее станет. Степняки приедут пару раз в год ко времени сбора урожая, благо там, как в Черноземье, из-за теплого климата по два раза его собирают. Заберут, что положено, и еще все то, что особенно приглянется, прихватят, потом с концами в свои степи вернутся.