— Э… — Только тут я заметил стоявшего на лестничной площадке парня моих лет с двумя здоровенными баулами. Что за дела?

— Знакомься: это мой муж, Виктор. Виктор, это Лед, я тебе про него рассказывала, — поспешила представить нас друг другу Катя. Скосив глаза, я приметил у нее на безымянном пальце правой руки кольцо белого золота с крупным бриллиантом.

— Очень приятно, — подобрав ключ, я отпер дверь. — Проходите.

— Тепло у тебя, — поежившись, подула на ладошки Катя и повесила шубу на прибитую к стене вешалку. Странно, раньше на такие мелочи, как холод, она внимания не обращала: валькириям, что минус пять, что минус тридцать пять — разницы никакой.

— Ты как меня нашла? — Расстегнув фуфайку, я не спешил ее снимать по простой причине — в кармане оставалась «Гюрза», а чего ожидать от незваных гостей, пока было совершенно непонятно.

— Мы к Кириллу заходили, а у него как раз Денис был, сказал, что ты в Дружину завербовался. — Катя пробежалась пальцами по перламутровым пуговицам кофточки, и у меня даже виски заломило от узнавания ее давней привычки. А думал, давно перегорел… — Остальное — дело техники.

— Давно здесь караулите? — повесив фуфайку поверх шубы, спросил я только для того, чтобы хоть что-нибудь сказать. Селин-то откуда все уже пронюхать успел? Что за человек такой?

— С утра, — улыбнулась Катя и повернулась к неприкаянно переминавшемуся с ноги на ногу мужу. — Вить, ты присядь, мы пока поговорим, а дальше уже видно будет.

— Что видно? — Я вытащил из кармана пистолет, взял пакет с кобурой и, решив, что ответа могу и не дождаться, кивнул на дверь в кухню. — Проходи.

— Нам нужна твоя помощь. — Девушка уселась за скособоченный стол и отвела взгляд, сцепив длинные изящные пальцы.

— Это я уже понял, — вздохнул я, внимательно разглядывая Катю. Напоминающее лисью или кошачью мордочку острое лицо, зеленые глаза, обесцвеченные на концах рыжеватые волосы. В ушах тонкие золотые кольца, хотя она всегда предпочитала более броские украшения. Но сразу ясно, что дело вовсе не в отсутствии денег — такие вещи мне, далеко не погрязшему в роскоши и уж тем более разврате, сразу в глаза бросались. — Давай подробней.

— Нам надо где-нибудь пожить неделю или две, — нисколько не смущаясь нелепости ситуации, заявила девушка.

— И вы пришли ко мне⁈ — Вроде бы давно успокоившееся сердце друг начало как-то слишком уж активно постукивать. Любовь? Вряд ли. Скорее некстати ожившие воспоминания о ней. Привычка любить? Оно самое.

— Нам больше не к кому идти, — честно созналась Катя.

— Мне вам квартиру освободить? — Я нацепил на вдетый в джинсы кожаный ремень кобуру и убрал в нее пистолет.