— Был на объекте номер один. Он практически разрушен, а единственный условно сохранившийся подвал превратился в логово высокорангового зверя. Я немного поохотился, но без фанатизма — в одно лицо это было рискованно. Уровень оппозиции сможете оценить по добыче, если пришлете ко мне Марата Николаевича. Далее, о том, что Валерий Константинович закончит работу над известным заказом в этот четверг, вы наверняка знаете. На дорогу и установку в том режиме, который я описал, уйдет минимум трое суток, а следующую неделю я по ряду причин хочу оставить свободной. Поэтому было бы неплохо провести мероприятие с пятницы и по понедельник. У меня все.

— Я правильно понимаю, что оппозиция была достаточно серьезной?

— Да.

— Что ж, Марат Николаевич выедет вечерней «Молнией» и будет у вас завтра часам к десяти. Доставку организую. Пойдете всей командой?

— Да.

— Что-нибудь еще?

— Нет.

— Тогда всего доброго…

Этот разговор, кроме всего прочего, добавил моим планам прочности, так что я со спокойной душой позвонил Янковскому, сообщил дату и точное время гонки, услышал, что он спускает своих парней с поводка, усмехнулся и пожелал им удачи. А потом набрал Стерлигова, поинтересовался, слышал ли он о моем варианте тюнинга «Стихии», получил утвердительный ответ и сообщил, что довел до ума еще один. Под «Стрибог». Но настолько загружен основной работой, что физически не смогу вырваться в Новомосковск как минимум недели три, а то и больше.

Как и следовало ожидать, владелец автоконцерна «Русь» не стал строить из себя небожителя и заявил, что сможет прилететь во Владимир или Южный и приехать в Лукоморье тогда, когда мне будет удобно.

— Всю первую половину завтрашнего дня я буду в Южном. Тестировать тюнинговую «Стихию» на автодроме «Старт». Освобожусь в четырнадцать ноль-ноль. Могу заказать кабинет в каком-нибудь ресторане, скажем, на четырнадцать тридцать. Что скажете?

Аристарха Всеволодовича все устроило. Поэтому, попрощавшись с ним, я связался с управляющим автодрома и забронировал трассу на все реально нужные дни и часы. Потом демонстративно выключил телефон и отдал Ольге, лежавшей «на полпути» к моей прикроватной тумбочке, задумчиво потер подбородок и поймал взгляд любимого вместилища личного наказания:

— Ири-и-иш, а ты выполнила мою просьбу?

— Да, командир! — сыто мурлыкнула она, вскочила с кровати и унеслась на кухню.

Остальные девицы полыхнули любопытством, но героически дотерпели до ее возвращения и с хищным интересом уставились на большие кружки.

— Ага, «болтушки»! — подтвердил я, заметив, что моя супруга потянула носиком и узнала характерный запах. — С ядрами и узлами, которые поднимут потолки развития многих чрезвычайно важных умений из ваших арсеналов.