— Как минимум три, — помог мне более точно определиться Дориан.

— Вот я и говорю, когда еще такой шанс выпадет? — мысленно спросил я у него. — Тем более, что у меня там дел накопилось немеряно.

— Хорошо бы запасы темных сфер у Лакримозы проверить, — задумался Мор. — Может быть, я тебе что-нибудь новенькое покажу.

— Тем более… Значит решено, эту ночь посвящаем Тенедому! — сказал я и у меня тут же появилась идея куда будет лучше всего отнести мешок со сладостями.

Устрою Бормотуну маленький праздник. Ему такого мешка надолго хватит.

— Минут на двадцать, — рассчитал Дориан. — Это при условии, что этот проглот будет растягивать удовольствие, а не сожрет все сразу.

Первым завезли Нарышкина, который был счастлив как маленький ребенок. Сказал, что у него был лучший день за последние несколько месяцев. Напоследок пригрозил, что если мы не сдержим обещания и не возьмем его с собой в поход за третьей частью ключа кАтрибуту Распада , то мы кровные враги навсегда.

Следом за ним была Полина, которая еще раз обняла меня и поцеловала в щеку.

— Спасибо тебе, Максим… — сказала она. — Ты знаешь, я иногда вспоминаю тот день, когда впервые увидела тебя в своей мастерской, и думаю… С тех пор ты меня столько раз выручал, как бы я без тебя обходилась?

Кхм… Чего это она вдруг? Я даже не сразу сообразил что нужно ответить.

— Ну не бесплатно же, — сказал я и подмигнул. — Зато ты с меня за опознание артефактов денег не берешь…

Она улыбнулась, пожала мне руку и молча выскользнула из машины. Оставив меня в весьма необычном состоянии. Скорее даже непривычном и каким-то новым. С момента нашего знакомства, Лазарева уже, наверное, раз сто благодарила меня, но сегодня это было как-то совсем по-другому.

Я провел рукой по щеке, где еще теплился ее поцелуй, и посмотрел в окно, за которым мелькали ночные улицы Белозерска. Почему мне показалось что улыбка, с которой она вышла из машины, была немного грустной? Мы же с ней вроде бы не прощаемся… Нет, все-таки странные существа эти девчонки…

В этот момент я услышал многозначительный вздох Дориана.

— Что ты там вздыхаешь? Хочешь мне что-то сказать?

— Нет, Макс… Во всяком случае, не сейчас. Может быть, как-нибудь позже.

— Тогда и не вздыхай! Взял моду вздыхать и не говорить ничего!

Остальной путь до «Китежа» мы с ним проделали молча и больше не разговаривали. Я пытался как-то расшифровать наш короткий последний разговор с Полиной, а Дориан, судя по всему, дрых. Ну и правильно. Лучше так, чем странно вздыхать все время.

К тому моменту, когда автомобиль остановился на стоянке перед школой, я уже перестал думать о Лазаревой, потому что все равно ничего не понимал. А Мор, если и понимал, то ничего мне не говорил. Тоже мне друг называется.