— Макс, как твой лучший друг, я избавил тебя от очередей, но кто же знал, что ты явишься в середине перемены? — Нарышкин обвел рукой стол, на котором стояла еда, которую он прихватил для меня. — Борщ, две котлеты, гречка… Все давно остыло, конечно, но ты сам виноват.

— Спасибо, Леха, — сказал я, затем сел за стол, вооружился ложкой и снял пробу с борща.

Да… Холодный борщ, это не очень… Я отодвинул борщ в сторону и принялся за котлеты с гречкой, которые оказались даже еще немного теплыми и заметно выигрывали во вкусе у борща.

— Что Островская, нашел ее? — спросил между делом княжич, когда я опустошил половину тарелки. — Сказала зачем искала тебя?

— Да так, ерунда, — отмахнулся я. — Мы с ней на «Артефакторике» ритуальным зачарованием занимаемся. Ну как занимаемся… Пробуем потихоньку… Вот она и спрашивала, как насчет сегодняшнего вечера. Соскучилась по урокам, наверное.

— А-а… — усмехнулся Нарышкин и бросил на меня задумчивый взгляд. — Артефактная ритуалистика это хорошее дело, одобряю. Ты ей сказал, что у нас теперь ежедневные тренировки с Громовым?

— Она знает, — кивнул я, жуя котлету. — Мы потом с ней встретимся. После того как с Романом Артемовичем закончим.

— Солидно, — уважительно кивнул Лешка. — Как у тебя на все сил хватает, я понять не могу? Вечно какие-то дела у тебя. Иногда даже зависть берет.

— Успевает всегда тот, кто никуда не торопится! — многозначительно напомнил я своему другу древнюю мудрость. — Кстати о делах…

Я посмотрел по сторонам, чтобы убедиться в том, что нас никто не подслушивает, затем наклонился поближе к своему другу и сообщил ему последнюю новость, которая его явно заинтересует.

— Мне вчера звонила Лазарева, — многозначительно сказал я.

— И что? — спросил он и посмотрел по сторонам. — С каких это пор ты стал сообщать мне об этом по секрету? Или Полина у нас теперь законспирированная личность?

— Очень смешно, — усмехнулся я. — Она нашла место, где лежитАтрибут Распада .

На некоторое время улыбка застыла на лице княжича, затем он перестал улыбаться и внимательно посмотрел на меня, будто пытался понять — разыгрываю я его или нет.

— Не шутишь? — уточнил он после небольшой паузы.

— Не-а, — покачал я головой и с сожалением доел котлету. Без борща мне пары котлет оказалось как-то маловато…

Нарышкин помолчал еще некоторое время, подумал о чем-то, а затем откинулся на спинку стула и усмехнулся:

— Ну наконец-то, — сказал он и покачал головой. — Я уже думал, мы до старости будем по всяким курганам лазить. Она сказала, где это место?

— Ты же знаешь, как оно называется — Старый Грот, — пожал я плечами. — В твоем возрасте еще рано жаловаться на память.