Первым же своим прыжком наш лягушонок заставил болельщиков реветь от восторга. И сразу же поставил новый абсолютный рекорд с результатом четыре с лишним метра.
Тут же нашлись недовольные, которые заподозрили, что Гвоздевой, либо кому-то из ее друзей, удалось незаметно колдануть заклинание, которое помогло достичь Доминику такого чудесного результата. Все проверили, измерили магический фон и оставили Варвару в покое.
Как новому рекордсмену, Доминику был предоставлен отдых до заключительного этапа, на котором он соревновался с двумя другими противниками. Никто из них даже близко не смог дотянуться до результата питомца Гвоздевой, который между делом сиганул последним прыжком аж на четыре пятьдесят.
Я думал, спортивный зал развалится от радостных криков счастливых зрителей, которым удалось воочию увидеть новое легендарное достижение. Это было нечто! Орлов по этому поводу пообещал сегодня устроить торжественный ужин, что вызвало еще большую радость.
Ну а одноклассники вынесли Гвоздеву из спортивного зала практически на руках. Для награждения на улице был выстроен специальный подиум, который спешно окружила толпа учеников. Всем хотелось сфотографироваться с чемпионом в руках или с самой Варварой.
Я выбрался из зала последним. Попробовал отыскать Лешку, который вместе с толпой вышел чуть раньше, и между делом увидел Гордеева Емельяна. Того самого парня, который выходил из мастерской Лазаревой.
Поймав на себе мой взгляд, он быстро отвел глаза в сторону и исчез в толпе. Все-таки странный парень. Надо будет расспросить о нем Нарышкина. Вот только для начала было бы неплохо найти его самого.
И вдруг в этот момент я его увидел. Он стоял немного в стороне, а рядом с ним Шуйский и Юрасов. Судя по Лешкиному лицу, ничего хорошего там сейчас не происходило.
Забыв про турнир, я с большим трудом удержался от того, чтобы не использовать дар Дона-Нефрита и не телепортироваться к ним поближе. Однако постарался максимально ускориться.
— О, вот и он, кто бы сомневался, — презрительно скривил губы Шуйский, как только я оказался рядом с княжичем. — Темников, ты как банный лист на заднице.
— У кого-то лишние зубы? — спросил я в ответ и в этот момент услышал взволнованный голос Нарышкина.
— Виконт Темников, прошу вас быть моим секундантом.
— Почту за честь, — автоматически ответил я, а между тем в голове крутилась совсем другая мысль.
Официальной тон княжича, это очень-очень плохо. Какого черта здесь вообще происходит?
Глава 24
— Надо же, слова не мальчика, но мужа, — осклабился Юрасов. — По всем правилам? До первой крови?