— Ну и ладно. Тогда не будем об этом больше говорить. Я тебя только попрошу все-таки быть поосторожнее и смотреть внимательно по сторонам, договорились? — он прожевал кусок котлеты и махнул вилкой крест-накрест. — И в школе ничего не бойся. Мы охрану немного усилим пока суть да дело, так что все будет хорошо.

Ага, конечно, куда уж лучше… Теперь уже из школы и не выберешься когда захочешь, а вот того, кто мне стекла побил — это вряд ли остановит.

— Я и не боюсь, — сказал я. — Скорее всего кто-то из учеников подшутил. Я так на это смотрю.

— Кого-то конкретно имеешь в виду? — как бы между прочим спросил Голицын, но от моего взгляда не укрылось, что он немного напрягся.

— У нас всяких придурков хватает. На целый автобус наберется, — ответил я и пожал плечами. — Но просто так никого обвинять не буду.

— Тоже верно, — кивнул он. — Ну тогда давай перейдем к вопросу, из-за которого я сюда приехал. О чем ты хотел у меня спросить насчет Черткова? На все вопросы, может быть, и не отвечу, у них с Императором свои расклады, но все что знаю расскажу с радостью.

Наконец-то! Первый интересный разговор за целый день!

— Я про опалу его все думаю, — сходу выдал я тему, которая меня больше всего беспокоила. — Если Александр Николаевич ему доверяет, то почему ему до сих пор дворянство не вернули?

Голицын отодвинул от себя тарелку с недоеденным салатом, глотнул немного сока и спросил:

— Старик тебе рассказал уже про свой Дар, правильно я понимаю?

— Угу.

— Тогда ты поймешь, о чем я тебе сейчас скажу, — он отпил немного сока. — Когда-то давно была договоренность, что Чертковы служат только Императорской фамилии. Но в период родовых войн кое-что изменилось… Один из Чертковых решил, что можно выстроить собственную игру. Это стало роковой ошибкой. Их вырезали всех, оставив в живых самого младшего. Ну а в дальнейшем все время держали на коротком поводке, чтобы никаких глупостей в голову не пришло. Пока тебе все понятно?

— Вполне, — ответил я. Интерес к еде был потерян и я внимательно слушал Василия Юрьевича.

— Хорошо, — кивнул он и продолжил. — С годами им разрешили заняться уничтожением проклятий и это продолжается до сих пор. Вот только дворянами никто из них больше не стал. Ты понимаешь, что это значит для бывшего дворянского рода?

— Ну… Я думаю…

— Можешь не отвечать, ты еще слишком юн, чтобы понимать это в полной мере. Главное, что ты должен знать — твое обучение это поворотный момент в судьбе рода Чертковых, Максим, — он допил сок и поставил стакан на стол. — Если у Александра Григорьевича получится выучить тебя, то его роду вернут дворянство. Более того, дадут высокий титул. С учетом того, что его дети лишены Дара, это вопрос выживания рода. Понятно?