И как же это сделать? А вот на этот вопрос ответ у меня был! Кто-то другой при озарении его подобной мыслью, возможно, воскликнул бы: «Бинго!». Но в в моём исполнении это прозвучит малость нелепо.

Когда я узнал от Фараха всё, что хотел, то просто залил ему в глотку снотворное. После этого Фараха под руки вывели из здания и усадили в машину. Которая (вот ведь незадача!) буквально за ближайшим поворотом угодила в небольшую аварию. И Фараха эвакуировали в госпиталь.

Там в обмотанного с головы до груди бинтами провизора и ввели один внутривенный раствор. Пришлось мне потратиться на довольно редкий препарат. Всё же, жалко было дурака: вместе из тюрьмы бежали, вместе столько всего пережили! Да и две дочки у него… Их ещё вырастить надо. Оставив его в больнице, я на следующий день вылетел в СССР.

Фарах, как мне потом сообщили, очнулся лишь через три дня и никого не узнавал. У него практически отсутствовала память о последних десяти годах его жизни. Спустя какое-то время он с трудом узнал жену, а потом и детей. И то, возможно, просто притворился, лишь бы не расстраивать их. Правда, родителей своих провизор помнил, но в основном из эпизодов детства и то весьма смутно. А вот в профессиональном отношении он теперь представлял собой чистый ноль.

Впрочем, на его счете оказалось столько денег, что после выздоровления он смог приобрести довольно большой участок земли и обустроить на нём банановые плантации. Короче, бывший фармацевт в итоге стал земледельцем и занялся сельским трудом. Однако ему пришлось пережить ещё много неприятных моментов при встрече с разными людьми… Пока все претенденты на его знания не поняли и не приняли за факт: автомобильная авария оказалась для его памяти роковой. И только тогда от Фараха отстали, чем доставили неимоверную радость его жене и дочкам.

Сидя в самолёте, я размышлял над своей позицией в предстоящих переговорах с французами. Они ведь всё равно не отстанут! Хотя упомянутого Фарахом Жака вскоре поймали и привезли для беседы в кабинет лучшего ученика Вернера Гроссмана. Тот был краток:

— Глава фармкомпании Фарах Рабле сейчас временно недееспособен. Но никакой информации вы от него больше не получите: у него действительно отбило память. А в связи с тем, что это произошло не без нашей помощи, можете быть уверены: его амнезия не подлежит лечению. Однако мы знаем о ваших с ним контактах, как и о том, что вы держите в заложниках его семью. Советуем вам не убивать его родственников. Вполне возможно, что мы заключим контракт с вашими фирмами, но исключительно на наших условиях. Но произойдёт это примерно через месяц или два, не раньше. До этого момента рекомендую вам разобраться с вашими предложениями и согласовать общие вопросы сотрудничества между Эфиопией и Францией. Ну, а чтобы вы не рассчитывали на особые условия и привилегии, послушайте вот это… — и старший следователь МЧС нажал на кнопку магнитофона.