— Три корочки хлеба, — кивнул на подоконник Николай.

Я прошел на кухню. Вместо стекла в оконную раму был вставлен лист фанеры, и холодом с улицы тянуло весьма ощутимо. Обзора опять-таки никакого…

На подоконнике лежала черствая краюха. Я откусил и сморщился: разве ж это еда?

Вера скинула пальто на ржавую кухонную мойку.

— Сейчас приготовлю что-нибудь.

— В туалете ведро стоит, — неправильно истолковал мой блуждающий взгляд Ветрицкий.

— Где ж ему еще стоять? — усмехнулся я, разглядывая мятую буржуйку, сооруженную из какого-то ржавого бачка. — Нет, просто думаю, с какой помойки это все сюда притащили?

— С ближайшей, с какой еще? — Вера поставила на печку чайник и указала мне на оставленный у двери мешок. — Неси сюда.

— На фига?

— Там растопка. — Девушка принялась изучать наши немудреные запасы съестного.

— Я в такую даль какую-то растопку пер? — возмутился я.

— Лучше было ее здесь собирать? — огрызнулась Вера и шикнула на безмятежно сидевшего у буржуйки Ветрицкого: — Да отойди ты! Расселся…

— Идет кто-то, — поднялся на ноги Николай и вытащил из карманов пистолеты.

Вера бросилась к своим вещам, я отпрыгнул к стене и попытался различить ауру идущего по коридору человека. Оранжевое, красное, золотое… Напалм. И вроде — больше никого.

Так оно и оказалось — вскоре в приоткрывшуюся дверь, петли которой едва не вывалились из стены, протиснулся пиромант. Широко улыбаясь, он хлопнул меня по плечу, подмигнул Коле и чмокнул в щечку облегченно переведшую дух девушку.

— Ну что, снова все в сборе? — Напалм сразу же принялся подкидывать в буржуйку дрова и зябко протянул к раскаленной железяке ладони. Странно — это ж насколько нас Ветрицкий должен был опередить, чтобы так печь успеть протопить?

— Типа того. — Я медленно опустился на корточки, чувствуя, как начинает бурлить внутри магическая энергия. Откат намечается? Неужели, когда алхимический амулет сдох, успел дозу излучения хапнуть? Впрочем, колыхания энергии вскоре пришли в норму и даже правое запястье почти перестало гореть огнем. Нет, супермагистр все же вещь…

— Ты не рад нас видеть? — Пиромант повесил на вбитый в стену крюк пуховик и остался в одной рубашке.

— Безумно, — усмехнулся я. — Вы скажите, на фига эту бойню устраивать было? Не могли тихонько перехватить и о засаде предупредить?

— Самый умный? — хмуро уставился на меня Николай.

— Есть такое дело, — кивнул я.

— Ребята, не ссорьтесь, — остановила нас Вера и, пододвинув чайник, поставила на печурку железный лист с загнутыми краями. — Мы боялись, что тебя заранее вести начнут, чтобы всех разом накрыть. Да и мало ли с какой стороны ты появиться мог?