Мать моя женщина!

Из зеркала на меня смотрела чужая физиономия. Лицо совершенно незнакомого человека. Человека? Хрена с два! Урода! Урода…

— Эй, уважаемый! Что за дела? — приподнялся на локте лежавший на кровати Напалм. — Вали отсюда!

— Заткнись, — прохрипел я и сам не узнал собственного голоса. Будто голосовые связки струной стянули. — Не до тебя.

— Чего⁈ — ошалел от такой наглости пиромант. — Да я тебя, урод…

— Пошел ты… — Я тяжело опустился на стул и зажал лицо в ладонях. Что за дьявольщина творится? Что за дела⁈ Не бывает же так: вчера все нормально, а сегодня раз — и рожа у тебя плохо прожаренную яичницу напоминает. Мало того, что все воспалено и нос чуть ли не вдвое распух, так еще и физиономию перекорежило, будто под кожу силикон закачали.

— Лед?.. — как-то враз осунулся только сейчас признавший меня Напалм. — Ты чего это?

— А хрен его знает, Напалм, хрен его знает. — Я провел ладонью по шее и неожиданно наткнулся на какой-то припухший бугорок. Да это же след укола! Только тут из туманной дымки всплыло окончание вчерашнего вечера. Вот оно, значит, как…

— Ну и голосок у тебя. Как у той вороны… — уселся на кровати немного успокоившийся пиромант. — Да и лицо не лучше. И как тебя угораздило? Под выброс попал?

— Ага, попал, — кивнул я и поморщился от пронзившей голову боли. — Только не под выброс, а под раздачу…

— Излагай. — Откинув одеяло, Напалм принялся одеваться.

— Ты оклемался, что ли? — удивился я. — Вчера же еще пластом лежал.

— Да ну, ерунда какая, — отмахнулся парень. — На мне все как на кошке заживает. Вера сказала, мне супермагистр вкололи?

— Вкололи. — Я прикрыл глаза, откинувшись на спинку стула. Голова просто раскалывалась. Черт, у меня что, мозги забродили? Такое чувство, вот-вот черепную коробку разорвет. Да еще будто снежок в голову запихали — так и жжет холодом. Что-то это мне напоминает. А что именно — никак не сообразить. — Неужели сразу полегчало?

— А то! — стараясь не смотреть мне в лицо, усмехнулся пиромант. — Вера вон тоже полночи караулила, никак поверить не могла, что все тип-топ. Еле спать отправил. Ты лучше скажи — мы где, вообще?

— В заднице. Мы в заднице, — в общем-то, почти не покривил душой я.

— И как выбираться в более пригодные для обитания места? — не принял мои слова всерьез Напалм.

— А ты сам подумай, не маленький…

— Все настолько запущено?

— Скоро будет, — скривился я от боли и несколько раз легонько ткнул кулаком в стену. — Вот пообщаюсь с твоим лечащим врачом и будет…

— Может, не стоит? — Парень умылся холодной водой, отфыркался и вытер лицо висевшим на гвоздике у рукомойника полотенцем.