— Наташа! — кашлянул в кулак Мещерский, но его дочери не было до этого предостережения ровным счетом никакого дела.

Так стоит ли удивляться тому, что я предпочел этим вечером слегка оглушить себя алкоголем, чтобы получить возможность расслабиться и хоть на какое-то время выкинуть из головы все эти безумные новости?

— Кстати, как там у тебя дела с танцами обстоят? — спросил я Милану по дороге в Академию.

— Я же тебе вчера еще рассказывала, — обиженно насупилась Сонцова.

— Прости, мне в тот момент точно было не до этого. На пуантах стоять научилась?

— Между прочим, это больно. Я бы даже сказала, чертовски больно. Но да, я уже стою. Но по полу пока не передвигаюсь, просто опираюсь руками на станок и поднимаюсь. А потом опускаюсь. И даже не мечтай о том, чтобы я начала на них танцевать до начала турнира! Это попросту невозможно!

— Меня вполне устраивает то, что ты смогла на них встать, — я примирительно притянул девушку за плечи. — Значит, нам можно с тобой начинать ставить наш танец.

— Наш танец? — фыркнула Милана. — Ты тоже будешь танцевать на сцене? Не смеши меня!

— Что я такого сказал? — посмотрел я на невесту. — Или ты сомневаешься в моих способностях ритмично передвигаться под музыку?

— А если даже и сомневаюсь, что тогда? И прости, передвигаться, как ты изящно выразился, это одно дело, а нормально танцевать — совершенно другое.

— Поверь, для того, что я задумал, мне будет вполне достаточно просто ходить по сцене, ведь всё зрительское внимание будет приковано только к тебе. Я же выступлю в роли, скажем так, одушевленного реквизита, не более того.

— Звучит как-то предельно странно, — нахмурилась Сонцова. — Я-то думала, ты хочешь, чтобы у нас был классический парный танец.

— Классический парный танец у нас с тобой будет на нашей свадьбе. А тут, прости за напоминание, турнир, в котором надо будет впечатлить зрителей в первую очередь нашими умениями в воздушной стихии. И танец — всего лишь удобный способ их продемонстрировать.

— Птолемеев, ты меня вконец запутал, — вновь фыркнула Милана, но тут мы уже пришли, поэтому продолжения разговора не последовало.

Мы чинно обменялись невинными поцелуями в щечку, после чего разошлись по своим аудиториям.

Вспомнив, что сегодня начальник Императорской службы протокола должен был встретиться с Императором и передать ему напрямую результаты расследования чрезвычайной комиссии особого отдела по контролю за использованием магических способностей, я закатил глаза. Ещё и это! Остается лишь надеяться, что Георгий Аскольдович все-таки выполнит взятые на себя обязательства и не выкинет в последний момент какой-нибудь неожиданный финт. Люди такого склада характера очень не любят, когда их загоняют в угол, а именно это мы дружно вчера с ним и проделали.