— Ты меня любишь, и это главное. Не волнуйся, пожалуйста. Обнимаю тебя крепко. Как выберусь отсюда, сразу же тебе напишу или позвоню.
— Лучше позвони, — тут же определилась Сонцова.
— Хорошо, милая, — позволил я себе слабую улыбку, после чего мы закончили разговор.
Еще минут десять полежал, изображая из себя умирающего лебедя. А чего: внутреннего актера тоже надо иногда выгуливать, чтобы не заскучал и не захирел, а тут такой шикарный повод для выступления подбросили.
Когда Авдотья Денисовна вошла ко мне в комнату, я уже был полностью готов ко второму раунду нашей в высшей степени занимательной беседы. И на сей раз я собирался переиграть супругу императора на её же поле. И думаю: имел на это полное моральное право.
Глава 5
— Как вы себя чувствуете, Валерьян Николаевич? — осведомилась императрица.
— Признаюсь честно, могло бы быть и лучше, — поведал я. — Простите великодушно, но такое ощущение, будто в воде были посторонние добавки. А мой организм очень резко реагирует на подобные вещи.
— Вероятно, какая-то неудачная партия попалась, — даже бровью не повела, выдавая мне эту отборную ложь.
— Могу я ли теперь отправиться обратно в общежитие? У меня всё еще есть небольшая вероятность успеть на индивидуальные занятия по воздушной магии, и мне бы, откровенно говоря, не хотелось бы их пропускать.
— Похвальная тяга к знаниям, — отметила Авдотья Денисовна, продолжая с холодным интересом меня изучать.
А мне вдруг резко осточертела эта встреча, которая по определению вряд ли должна была закончиться чем-то хорошим для меня. В конце концов, почему даже деда с Карпом Матвеевичем давно отпустили, один я здесь остался отдуваться?
— Так я пойду? А то невеста волнуется, что я до сих пор не там, где должен быть.
— Хм, интересная формулировка, но — вы именно там в данную минуту и находитесь, поскольку вас доставили сюда по распоряжению самого Императора. Или для вас есть авторитет выше этого имени? — холодно осведомилась моя мучительница.
— Кажется, я неоднократно своими поступками доказал преданность Империи и государю лично? Но, похоже, вы так не считаете? Тогда в чем, по-вашему, я провинился?
Мне вновь стало нехорошо, и я понял, что мерзкое снадобье всё еще продолжает действовать, ну а Егор, соответственно, до сих пор охраняет меня от излишней открытости.
— Вопросы здесь задаю я, Валерьян Николаевич, — голос Императрицы заледенел, но меня такими фокусами было не напугать.
— Авдотья Даниловна, я понимаю, что между нами пропасть, однако же не понимаю причин вашего повышенного внимания ко мне. Я рассказал вам всё, что знал. Повторять всё в очередной раз не вижу никакого резона. Думаю, все недостающие детали вы и так узнали от моего дедушки Игоря Семеновича. Наверняка же сегодня сюда привезли не только меня одного, я прав?