Георгий Аскольдович совершенно неприличным движением почесал нос. Видимо, на нервах, — успел подумать я, как его телохранители, наблюдающие за нашей встречей через мониторы, обменялись страдальческими взглядами, и тот, у кого недавно шла носом кровь, потянулся и надел себе на голову… шапку не шапку, корону не корону… Некий артефакт, который…

Который должен выжечь мозги как минимум у деда, а если получится, то и у Карпа Матвеевича. Усилитель ментальной передачи, если я правильно сообразил. Значит, дело не в том, что у Терентьева нос зачесался: это был всего лишь кодовый знак, обозначающий: хватит церемониться с гостями, вали их.

Похоже, артефакту требовалось время, чтобы прийти в рабочее состояние: его оператор только-только переключил сбоку крохотный рычажок, с помощью которого это техномагическое устройство получало подпитку от батареек. Ну точно, узнаю руку мастера! Опять его изобретения всякой швали достаются.

Я не имел ничего против этой парочки менталистов, которые лично мне ничего плохого не сделали, поэтому просто погрузил их в глубокий сон, после чего опять же посредством Егора, Ванька и Яши передал своим отчет о предотвращенной угрозе. Но расслабляться пока было рано. От ментальной атаки я нас, положим, спас, но нас могли попытаться скрутить физически, и это следовало учитывать в сложившемся раскладе. Кроме того, надо было что-то делать с Мещерскими, которые, несмотря на всю свою невозмутимость, сейчас сидели с круглыми глазами, силясь понять, что же происходит. Вот зачем было только их сюда тащить, а? Чем дальше, тем сильнее я начинаю злиться на Терентьева.

И на деда, кстати, тоже. Что ему мешало проверить этот контакт, прежде чем начинать с ним тесное общение? Опять он в лучшее верит, а нам бери и разгребай то, что наворочено.

— Значит, так, — Игорь Семенович вновь привлек внимание к своей персоне. — Ребятишек твоих я отправил спать. Опасный артефакт у тебя изымаю: вы им всё равно не имели права пользоваться. Карпуша, займись! — кивнул он Давыдову.

Тот встал и, словно всегда здесь работал, проследовал через потайную дверь за книжным шкафов в соседнюю комнату, а через полминуты вернулся, продемонстрировав нам снятую с головы телохранителя шапку-корону.

«Рычажок на артефакте переключил? А то эта штука в теории сейчас активна», — спросил я напрямую мыслеречью, сочтя, что вряд ли в штате Георгия Аскольдовича имелось больше двух менталистов, ныне мирно спящих на столе, а следовательно, можно уже общаться без посредников в виде конструктов.

«Где он находится?»