Вечером вместе со всей делегацией я возвращаюсь в Москву. В самолёте я сажусь рядом с Новицкой и Пастуховым.

— Ирина Викторовна, — говорю я. — Я сегодня после закрытия совещания общался с представителями Узбекистана. Там вот какая ситуация. Нужно нам самим ехать. Ребята опасаются, что без нашего личного присутствия и толчка, местные руководители спустят всё на тормозах. А это значит, что показатели наши рухнут вниз, и товарищ Суслов, патронирующий наш проект, даст кому-то по голове.

— Это что ещё такое? — протестующе восклицает Пастухов, не желающий, по всей видимости, получать по голове. — Значит нужно ехать, раз существует такая угроза.

— Но отправляться нужно немедленно, — говорю я. — По горячим следам, пока участники совещания ещё горят энтузиазмом.

— Вот и отправляйтесь! — приказывает первый секретарь ЦК. — Сейчас вернёмся, день-два и давайте в Ташкент.

Ирина, сидящая между мной и Пастуховым, незаметно пихает меня локтем в бок.

— Конечно, Борис Николаевич, — улыбаюсь я. — Сразу и поедем.

— Кстати, Брагин, мы решили тебя в ГДР отправить, ты знаешь уже? К этому мероприятию тоже готовиться надо. Не забудь подать текст своего доклада, чтобы мы могли ознакомиться и подкорректировать, в случае необходимости.

Утром следующего дня меня вызывает Гурко.

— Опять в загранкомандировку собрался? — хмурится он. — Смотри, нос не задирай, а то везенье вещь непостоянная.

— Ну что вы, Марк Борисович, — щедро лью я елей на его загрубевшие рубцы на сердце. — Разве ж я не понимаю, кто мне помогает во всех делах?

Он крякает, но ничего похожего на «что-ты, Егор, я к этому отношения не имею» не произносит.

— Хорошо, — говорит он. — Это хорошо. Послушай. Ельцин твой… как бы это сказать… В общем он очень хорошо отреагировал на новую повестку, понимаешь меня?

— То есть заглотил наживку, правильно?

— Это очень грубо, но можно и так сказать, конечно. Он с энтузиазмом воспринял ободряющие высказывания старших товарищей и глубоко задумался над идеей нацелиться на командные позиции, ясно? Позитивно отреагировал на отношение к себе, как к выдающемуся руководителю… Активно обсуждал новые возможности. Загорелся в общем. Ну, а как? Всегда же приятно, когда на тебя внимание обращают, правильно?

— Правильно, Марк Борисович, не то слово. Очень правильно.

— Ну и хорошо. Теперь Сергей Фёдорович Медунов ожидает соответствующих последствий для себя.

— Надеюсь, они последуют, — пожимаю я плечами. — Мы с вами создаём условия и ставим шлюзы и дамбы, для того, чтобы река текла туда, куда нам нужно. И она течёт, а вот чтобы увидеть, что принесут её бурные воды, нужно набраться немного терпения. Думаю, скоро всё станет ясно. Скажу вам то, что вы и сами знаете. Коррупцию одинаково эффективно можно искоренять в любом из регионов нашей родины. Главное, чтобы были приняты соответствующие политические решения.