Он говорит серьёзно, но его шобла начинает посмеиваться, оценивая мои шансы.
— Ты Саня, да? — киваю я. — Мысль неплохая, конечно. Только у тебя какой вес?
— А это не ты чемпион города по боксу? — встревает Уголёк.
— Какая разница, — усмехается Саня. — Мы не на ринге вроде, и здесь нам никто медали вручать не будет. Гарантирую.
Он делает ко мне шаг и в тот же миг раздаётся громкий щелчок и в асфальт у ног чемпиона врезается пуля, высекающая искру и улетающая с яростным жужжанием.
— Э, э! Чё такое! — восклицает он.
— Харэ! — кричит кто-то. — Без стволов давай!
Среди спортсменов возникает лёгкое волнение.
— Не надо, Витя, не стреляй пока, — говорю я. — Если беспредельничать начнут, тогда уройте всех.
Парни достают пушки.
— Чё за дела, пацаны! — раздаются возгласы боксёров.
— Ну а чё, — усмехаюсь я. — Вы чемпионы на ринге, а мы чемпионы в тире. Я так понимаю, вы же своими умениями пользуетесь. Ну а нам почему нельзя?
— Э, не гони! — гомонят они.
— Да вы чё? Не нравится такая логика? Ладно, давай, Саня, проведём поединок. Один на один. На кулачках или на пистолетах?
— Каких, нахер, пистолетах?
— Ладно, не ссы, на кулачках. Только ты объяснишь, почему нас не впустил.
— Идёт, — выдыхает он. — Но сначала силушкой померимся. Один на один. Кто победит, победа всей армии засчитывается.
Ну, что же, пан или пропал. Ставлю на кон не всё, конечно, но многое.
— Егор, ты что делаешь! — качает предостерегает меня Виктор. — Посмотри он бычара какой.
— Харэ, Бро! — поддерживает его Цвет. — Завалим их нахер и все дела. Вали быков, пацаны!
— Тише-тише, парни, — говорю я. — Тише.
Тише, я, кажись, кураж поймал. Гусарская рулетка, твою дивизию… Ладно, мысли в сторону. Надо расслабиться, почувствовать тело и…
— Ну чё, начали? — спрашивает Саня, подстёгиваемый азартом, и, не дожидаясь ответа, делает выпад выбрасывая вперёд кулак, похожий на пудовую гирю…
Без предупреждения. Козёл…
11. Решения нет…
Ах ты ж скотина! Без предупреждения! И где же твой спортивный дух, чемпион? Я успеваю увернуться. Он явно тяжеловес. А значит, подставляться под удар точно нельзя. Если попадёт, сразу нокаут, а то и инвалидность. А, помимо этого, невосполнимая потеря авторитета и явное сокращение возможностей для экспансии.
Зато… Зато. Зато, если я хотя бы устою перед этим Кинг-Конгом, это будет высоко оценено этой братией, уважающей грубую силу. Они, вот эти «благородные» спортсмены, в ближайшие десять лет полностью подомнут под себя весь Питер с далеко идущими последствиями. Набрасывать хомут на них нужно сегодня, а вообще-то надо было ещё раньше. Уже и сегодня, возможно, слишком поздно.