— И зачем я вам сдался? Ну знаете вы, что я всякое умею, и что теперь — на винтики меня разберете?

Он усмехнулся.

— Ты такой же, как и мы. Нам нет смысла разбирать тебя на винтики. Только в отличие от тебя, мы знаем, как все работает. И для чего. А ты — случайная переменная в большом сложном уравнении.

— И зачем вы меня сюда притащили тогда?

— Мы решили провести инструктаж и обозначить границы.

— Вы это кто? Стремная группка избранных? Сверхлюдишки с завышенным ЧСВ?

Он развел руками.

— Мы простые офисные клерки, если можно так сказать. Работаем по восемь часов в день, иногда берем сверхурочные. У нас не совсем обычная работа, но работа. Семьи, дети, ипотека.

— У вас?

— У нас.

— При ваших-то способностях? Ничего печальнее и представить нельзя, — я бросил на него сочувственный взгляд.

— Ничего печального. Работа отличная, деньги хорошие. И нет риска, что нас обнулят.

— Обнулят? — Тут я занервничал.

— Ага, — буднично ответил он. — Всех, кто прошел инициацию по ошибке, обычно обнуляют. Лишают способностей, чистят память и вуаля! Никаких больше сомнительных колебаний во вселенной.

— Каких еще колебаний? — не понял я. Разговор начал съезжать с накатанных рельсов.

— Неестественных, выбивающихся из общего темпа, — он бросил папку с моим досье на стол позади себя, сел удобнее. — Понимаешь, каждый живой человек испускает вибрации. Все действия, так или иначе, влияют на других людей и вселенную в целом. Они имеют разный окрас и отличаются по интенсивности. Когда человек выходит за привычные рамки, вибрации становятся сильнее. Возникают колебания, влияющие на баланс.

— Какие колебания? Какой баланс? Ты дунул, что ли, пока твой кореш не видел?

Бэтмен усмехнулся и глянул на товарища, который все также неподвижно стоял у двери.

— Ты, — Бэтмен указал на меня пальцем, — тоже создаешь колебания. И тебя бы тоже стерли, но ты оказался слишком хитрожопым. Не светился особо, и колебания испускал слишком слабые, чтобы мы могли тебя сразу заметить и отыскать. У новичков обычно крышу рвет от открывшихся возможностей, и они быстро становятся видны на радарах. Мы их находим и обнуляем. Но ты… Ты достаточно долго был в тени.

— И что вам теперь от меня нужно? — я опять перешел к главному. — Хотите обнулить?

— Мы хотим, чтобы ты не отсвечивал. Не играл в Супермена, не становился Доктором Зло. Чтобы не лез, куда не нужно, не менял ход вещей. Не светил свои способности на камеру, не пытался стать президентом и влиять на мировую политику и экономику.

— И все? — не поверил я. — Если я не буду путаться под ногами, вы оставите мне способности?