— Нужно пересчитать, сколько у меня есть при себе… — заглядываю в кошелёк и делаю вид, что считаю монеты. — Восемьдесят пять… Больше дать не могу.

— Только из уважения к вам, как к выдающемуся учителю, сто тридцать. И то, это скидка за красивые глаза и аппетитную попку, — она наглым образом осматривает мой зад.

— Благодарю за комплимент, но я и правда не могу дать больше ста, ведь останусь без трусов. Мне даже Бена придётся продать, — с жалобным видом хлопаю его по плечу.

— Господин Рей… — с трудов выдавливает он.

— Извините, но сто тридцать — это крайняя цена. Ниже никак не могу. По правде сказать, у меня есть покупатель, который готов забрать за полторы сотни, — вижу, что она врёт, хоть и тщательно скрывает ложь.

— Вот как… — думаю, что предложить такого, чтобы не платить больше сотки. — У меня есть интересное предложение.

— Поделитесь.

— Если я смогу вас удивить, то окончательной ценой будет сумма в размере ста золотых, а если нет, то мне придётся заложить дом и заплатить сто тридцать.

— Хм…

— Вы ведь ничего не теряете.

— А как вы поймёте, что я удивилась?

— В качестве наблюдателей выступят Бен и эти трое милашек. Если все, скажут, что вы удивились, то я получу скидку.

— Спорная, конечно, сделка… Но я согласна, — она расставляет руки. — Ну давайте, Рей, удивите меня!

— Как скажете… — на остаток маны начинаю рисовать семь кругов. — Мир Грёз!

Чем можно удивить жителя Средневековья? Фильмы про попаданцев во времени дают ответ: показать ему будущие. Мне же не нужна машина времени, ведь в моей голове до сих пор свежи воспоминания о прошлом мире…

Первым делом я забрасываю всех нас на Тайм Сквер поздним вечером, когда вокруг много людей. Светящиеся вывески, сотни смартфонов, люди в причудливых одеждах — этого уже хватает, чтобы Белатриса открыла рот от удивления.

Но я решаюсь на этом не останавливаться и врубаю военный парад на Красной Площади. Едут танки, маршируют солдаты, пролетают самолёты и вертолёты. Все, кроме меня, рыскают глазами и не понимают, что происходит. Напоследок этого кадра я направляю группу истребителей прямо на нас, а затем переношу в новое место.

Мы попадаем на поле сражения времён Второй мировой войны. Со всех сторон разрываются снаряды, стреляют пехотинцы, работает авиация. Я показываю войну такой, какая она есть, со всей присущей жестокостью, а в конце сбрасываю неподалёку водородную бомбу.

Дабы немного отвлечь шокированных от увиденного товарищей, я переношу их на бразильский карнавал. Громкая музыка и песни оглушают нас, яркие костюмы и фейерверки ослепляют, от этой вакханалии тройняшкам становится не по себе.