— Смотри, — снова говорит он, но теперь я смотрю на него, и впервые вижу не глаза, а чёрные точки камер в его зрачках. Может, это не так. Может, это просто отражение света. Но мне кажется, что он тоже «двойной». Человек и система. И я не знаю, кого ненавидеть больше.

[СИСТЕМА]:Проекция вины на модуль — высокая. Рекомендация: перенаправить на «спасение».

Он наклоняется к самому уху, так близко, что я слышу, как воздух свистит в его носу на выдохе.

— Теперь ты всегда будешь со мной, — произносит он. — Даже когда меня нет.

[СИСТЕМА]:Запрос клиента: сохранить текущий уровень активного сознания для последующих сессий. Подтверждаете?

[ОПЕРАТОР]:Подтверждаю. Закрепить параметр.

Слово «закрепить» падает, как болт в механизм. Где-то внутри меня — щелчок. Не больно. Но окончательно.

Память делает петлю. Я вижу себя маленькой, в храме, где ещё нет экранов, только живые свечи и старые женщины, шепчущие молитвы так быстро, будто прячут слова в кулак. Мама сжимает мою ладонь, чтобы я не бегала. «Запомни: грех — по воле», — шепчет она. Я киваю, как все дети, которые ещё не знают, что такое «сдать волю в архив».

Память возвращает в комнату. Ремни сняты. Свет стал белее, как будто кто-то повернул ручку. Он смотрит, как я поднимаюсь, и не помогает. Ему нравится, что я дрожу — это значит, я живая.

[СИСТЕМА]:Сессия завершена. Параметры сохранены. Подавление — 8% (постоянно). Доступ к сенсорным следам — полон.

Я знаю, что это значит. Больше не будет темноты, где можно не быть. Больше не будет милосердного занавеса. Я всегда буду здесь — и когда лампа выключена, и когда в храме поют, и когда мама спросит, как прошёл день. Мой день теперь — не моя единица измерения.

По дороге обратно город кажется слишком ярким. Витрины сияют, как зубы. На площади экран показывает ролик: девушка в белом платье улыбается, говорит: «Моя воля — в надёжных руках. Я чиста, как дитя». Я знаю, где у неё запястья будут красными вечером. Я знаю, как она скажет «да» чужим губам, и как потом заплачет в комнате без зеркал.

Дома я долго стою у стола, не садясь. Тетрадь лежит открытая. Я пишу:Я здесь . Рядом — ровнее:Ты всегда здесь. Я пишу:Это боль . Рядом проступает:Это благо. Я пишу:Я ненавижу тебя. И впервые нет соседней строки. Пусто. Может быть, потому что «тебя» — это не он. Не модуль ИИ. Не координатор. «Тебя» это всё. Руки, которые платят. Глаза, которые смотрят. Голоса, что шепчут «молодец». Этот мир, который придумал так красиво разговаривать о чистоте, когда держит ремень.

— Ты — только инструмент, — говорю я системе. — Но я всё равно тебя ненавижу.