Неожиданно Марс поднял руку и махнул ею. Этот жест обозначал лишь то, что пришло время действовать.

Первым все понял Гил. Герой уверенной ровной походкой вышел из-за угла и направился вперед по улице. Следом за ним разом вышли Риатта и Марс. Группа практически не подозрительных личностей, миновав улицу, наполненную людьми, прошла к самому храму.

Впереди, на фасаде здания, виднелись входы в храм, представлявшие собой шесть крупных дверей. Рядом с каждым из входов дежурили священники. Люди в рясах целыми днями стояли неподвижно с натянутыми полуулыбками на лицах.

Как только Марс, Гил и Риатта подошли к храму и начали подниматься по его высоким ступеням, к ним навстречу сразу направился один из священников. Этот мужчина в белой длинной рясе остановился на вершине ступеней и полубоком развернулся к прибывшим в святую обитель.

— Рад приветствовать вас в этот солнечный день, мои братья и сестра. Скажите, ради чего вы решили посетить нас сегодня?

Гил поднялся по лестнице первым. Он же, остановившись рядом со священником, ответил ему:

— Хотим исповедаться.

Лицо священника не менялось. Доброжелательно, почти заботливо улыбаясь, он спросил:

— Все сразу или по отдельности?

— Это была общая ошибка. Мы должны покаяться вместе.

Священник окинул взглядом подошедших Марса и Риатту. Выражение лиц каждого из присутствующих было фантастически спокойным. Никто из этой троицы будто не переживал о возможности быть пойманным руками церкви.

— Хорошо, — ответил священник спустя пару секунд молчания, — пройдемте за мной.

Мужчина развернулся и легким неторопливым шагом направился внутрь церкви. Риатта, Марс и Гил пошли следом. Пока они шли по этим просторным коридорам, наполненным ярким солнечным светом, Марс искоса поглядывал на Риатту и размышлял:

«Интересно, как же чувствует себя в этом месте наша святая? Церковь ведь должна оберегать ее, но в итоге она сейчас на стороне королевской семьи».

Риатта, будто уловив на себе этот взгляд, недовольно посмотрела на Марса. От ее недоверчивого прищура парень сразу ощутил неловкость и потому поспешил отвернуться.

«Не стоит думать об этом. В любом случае ей, должно быть, сейчас тяжело».

Вскоре священник провел гостей в нужную комнату. В этом коридоре она была одной из многих. С виду это была небольшая гостиная, в центре которой стоял белый круглый стол. За столом, как обычно, сидел представитель церкви — в этот раз монахиня. В остальном комната была пуста. Из нее намеренно были вынесены любые вещи, которые могли отвлечь переменчивое человеческое сердце от исповедования.