— Идёмте. Я провожу.
Он подхватил её под локоток, и они, изображая неспешную прогулку, отправились по направлению к её дому. Хорошо, что было слишком раннее утро и разнеженные южные жители ещё досматривали последние сны.
Дом мисс Платт оказался неподалёку на этой же улице. Аккуратный, кофейного цвета. Крыша и дверь были выкрашены в её любимый фиолетовый цвет. По стенам уже поползли первые вьюнки плюща. Она явно не следила за садом, так что он встречал гостей диким очарованием.
— Олди, я дома! Позаботься о госте! — прокричала она и исчезла в глубине дома.
Из воздуха возникла небольшая полупрозрачная фигура.
— Ну вот, говорил же, наденешь нормальное платье, сразу отхватишь жениха! — Создание назидательно воздело палец кверху. — Милости прошу, господин хороший. Располагайтеся, коль пришли с добром, — он сделал ударение на последнем слове, вероятно, почувствовал инквизиторскую кровь.
Исчерпав за утро запас удивления, Юджин кивнул и с интересом уставился на существо. Похоже на лютена. Ведьминские домашние духи-помощники. Он никогда не видел их раньше, так сказать, «вживую», но их изучали в маг-академи. Они умели как обретать плотность, так и становиться невидимыми. Этот представитель лютенов, видимо, не хотел полностью проявляться при чужаке. Но можно было различить сутуловатую человекоподобную фигуру, окладистую бороду, и большие круглые глаза, с интересом глядящие из-под копны волос. Чётко виднелись лишь крупные птичьи лапы. Наконец, он как-то не по-человечески моргнул и исчез, а на столике у дивана появился поднос с чаем и печеньем.
Юджин пожал плечами и осмотрелся. Лаконичная гостиная. Не слишком женственная, но вполне уютная. Не успел он сделать глоток чая, как в гостиную ворвалась мисс Платт. Она снова была собрана и энергична, в излюбленном деловом костюме.
— Мистер Грейстон, идёмте! Нас ждут великие дела! — она пронеслась к выходу, даже не взглянув на него.
Юджин нагнал её уже у двери. Ему показалось, что Олди пробурчал: «Так эт коллега штоль?! Тьпу! Бядовая!». Но, его хозяйка даже «ухом не повела».
Сильвию сжигало чувство стыда, и она стремилась как можно быстрее погрузиться в работу и избавиться от назойливого внимания инспектора.
Они завернули за угол, и Сильвия поняла, что странности этого утра ещё не закончены.
Глава 5
И несмотря на все волненья,
Нам кружат голову азарт и приключенья.
Глазам предстала картина, достойная стать главным экспонатом в городском музее. Мистер Фарнсворт разбирал дощатый забор между своим и соседним участком, а пышнотелая вдова Уитклиф стояла по другую сторону, приложив руки к груди, и оба они улыбались друг другу как блаженные. Надо сказать, борьба за местоположение этого забора вошла в хроники этого города. Записи о скандальных разбирательствах хранились и в городском архиве, и в полицейском участке.