— Тогда, — она провела ноготком по рубашке на его вздымающейся груди, и он шумно выдохнул. — Начнём с досмотра.

Юджин протянул к ней руки, но она остановила его.

— Раздевайтесь! — Она отступила на шаг и приняла деловой вид.

Он хмыкнул, обжёг её многообещающим взглядом и принялся расстёгивать пуговицы с таким видом, что у Сильвии возникло ощущение, будто он снимает рубашку не с себя, а с неё. Она едва дотерпела, пока он отбросит злосчастный кусок ткани в сторону, и прильнула ладонями к горячему торсу. С удовольствием ощутила литые мышцы под гладкой смуглой кожей, и бешеный стук сердца в его груди. Продолжая игру, сделала вид, что осматривает его — огладила мощные плечи и красивые, перевитые венами предплечья. Юджин не шевелился, лишь пристально следил за ней глазами и шумно дышал. Она провела ладонью по рельефному животу и слегка оцарапала кожу. Мышцы сократились, и он судорожно выдохнул.

— Знаете что, госпожа инспектор. — Он резко подхватил её под бёдра, и она машинально обвила его ногами. — У меня есть неоспоримые доказательства моей невиновности, и вам придётся их принять. — Он вжался в неё бёдрами, и у обоих с губ сорвался мучительный стон.

— Да, я вижу, что у вас железные аргументы, — выдохнула она в его губы, слегка поцарапывая шею на затылке у самой кромки волос.

— А где дети? — вдруг насторожился он?

— Отправила к бабушке. — Она нежно прикусила его нижнюю губу. — И я отпустила всех слуг…

Она облизнула губы и словно нажала на спусковой крючок событий. Он повернулся, сгрёб бумаги со стола и усадил её на полированную столешницу. Жадно приник к губам и одним движением разорвал на ней рубашку. Пуговицы разлетелись под треск ткани, как победный салют. Сильные руки обхватили её изнывающую грудь, и она выгнулась ему на встречу с протяжным стоном.

За окном снова сверкнула молния, а в душе у Сильвии разгорался самый настоящий шторм. В самой горячей точке внизу закручивалось мучительное, тягучее торнадо, и она нетерпеливо потянулась к застëжке его брюк.

— Не здесь, — выдохнул он ей в губы. — Снова сгрёб её в охапку и куда-то понёс.

Она нетерпеливо выцеловывала и слегка прикусывала его шею, плечи. Он хрипло рычал и ещё сильнее прижимал её к себе.

Наконец, он толкнул бедром дверь, и они ввалились в малую гостиную. Юджин шевельнул пальцами, и в комнате зажглись свечи и камин.

Сильвия с удивлением огляделась. На мягком ковре перед камином был расстелен плед. На чайном столике стояли бокалы, закуски и бутылка вина. Но Юджин не дал ей осмыслить, откуда всё это взялось. Он снова увлёк её в жаркий, глубокий поцелуй, и они рухнули на импровизированное ложе.