Предчувствие не обмануло: на кухне определённо кто-то был. Чужак. Сердце дрогнуло: Тайка вспомнила, как однажды здесь же встретила упыря Иваныча. Да, оберегов у неё висит уйма, но мало ли, вдруг этот гад отыскал какую-нибудь лазейку?

Она опустилась на четвереньки и заползла под стол, где — как раз на такой случай — стояла заранее припасённая кастрюля с водицей, заговорённой против нежити.

Тёмный силуэт копошился возле умывальника. Раздался металлический лязг, зажурчала вода… Тайка едва удержалась от нервного смешка: неужто упырина влез в дом, чтобы помыться? Ну что ж, сейчас она ему устроит головомойку!

Она тихонько сняла с кастрюли крышку, покрепче перехватила ручки и, с воплем выскочив из-под стола, плеснула заговорённой водой прямо в ночного гостя.

Тот истошно заорал и выронил из рук что-то, чего Тайка не успела разглядеть. Послышались звон разбитого стекла (ох, только бы не любимая чашка!), хлопанье крыльев и угрожающий клёкот (это, небось, злющий спросонья Пушок выскочил из-за печки), а затем душераздирающий Марьянин вой.

Резко включился свет, на мгновение ослепив Тайку. Когда зрение вернулось, кухня уже напоминала маленькое поле боя. Под ногами валялись осколки вазы и несколько розовых тюльпанов, Марьяна наступала на чужака с ухватом и пыталась ткнуть его под колено, а Пушок вцепился когтями в огненно-рыжую шевелюру ночного гостя. И тут до Тайки дошло.

— Стоп! — крикнула она. — Валера, это ты, что ли?

Пушок замер, перестав хлопать крыльями. Марьяна выдохнула:

— Ой-ёй, как неловко получилось-то… — и растворилась в воздухе.

Коловерша медленно разжал когти и бочком перепрыгнул на умывальник.

— Ч-что это б-было? — Парень побледнел, как мел. С его волос стекала противоупыриная водица, под ногами набралась уже изрядная лужа.

— Он нас не видел, — скрипучим голосом пояснил Пушок, свешиваясь с умывальника. — Нет у него колдовского дара.

Тайка сурово глянула на коловершу, что должно было означать «а с вами я потом поговорю», и, снова повернувшись к Валере, ляпнула первое, что пришло в голову:

— Это… сигнализация! Ясно? Что ты вообще здесь делаешь?

— Извини, я это… цветов тебе нарвал, хотел занести и оставить. Ничего такого. Просто подумал, что ты будешь рада, когда проснёшься — а на столе тюльпаны.

— Нарвал, значит? — Тайка упёрла руки в бока. — То есть в чужой сад без спросу забрался? А ничего, что это воровство?

— Ой, я что-то не подумал… — Валера густо покраснел, как умеют краснеть только рыжеволосые. — Меня ребята надоумили. Сказали, у тёти Зои самые лучшие цветы растут, а забор плохонький, перелезть — раз плюнуть.