Лиса поддержала наставницу решительным кивком, а Зефир тем временем поспешил развеять недопонимание:

— Э-м, не серебряных, а золотых. У нас на руках будет двести сорок золотых монет, которые мы пустим на дом.

Выражение лиц обеих девушек и Хагга стало очень потешным, особенно учитывая, что Брут получал равную со всеми долю и становился самым зажиточным енотом во всем мире. А Мелисса ещё и тихо пробурчала:

— Весь наш бюджет в те времена, когда мы жили в Кремине, составлял триста золотых…

— Видите, не всё так плохо, и, наверное, через годик, если нам также будет везти, то мы все вместе переедем в Перекрёсток, — тон Зефира специально был максимально жизнерадостным, чтобы собеседницы не так сильно волновались за них.

— Если будет везти, — не разделяла его оптимизма блондинка. — А с учётом рассказанных вами историй, уж извини, но я удивлена, что никто из вас не погиб или покалечился.

— Ладно, давайте не будем об этом, — решила сменить тему Лиса. — Вот вы рассказывали о странной статуэтке козы, из которой сыпались золотые катушки. Она больше не неслась? Это ж бесконечный запас золота, на который можно купить всё, что угодно!

— К сожалению, нет, — развёл руками приунывший Леопольд, который, наверное, больше всех страдал из-за отсутствия халявного и неисчерпаемого золотишка. — Зато рожок для кормления заполняется своим жутким пойлом примерно за половину недели. Если мы найдём какого-нибудь непривередливого и богатого алкоголика, то озолотимся.

Командир, да и остальные домочадцы в этот момент скептично посмотрели на размечтавшегося товарища, но говорить ничего не стали.

Меж тем ночь вступила в свои права, и все разошлись спать, а с утра трио, плотно позавтракав стряпнёй Варны, собралось у ворот, куда их вышли провожать остальные.

Прощание вышло немного слезливым, в основном из-за Вилтани, которая подолгу не отпускала из объятий парней и в особенности мохнатого, хлюпая носиком. Но в итоге вмешалась Лиса и забрала девочку от енота, впервые в жизни стоявшего как столб и беспомощно оглядывающегося по сторонам.

— Смотрите, не помрите мне там! — крикнула Варна в спины удаляющихся товарищей, на что Зефир развернулся на ходу и махнул рукой, а затем, посадив Брута на плечо, ускорился, оставляя за собой столб дорожной пыли.

…

Пять дней спустя отряд входил в ворота города. По пути они успели проверить парную доску, через которую им писали Вилтани и Лиса, и оказалось, что связь на расстоянии работала без проблем. Конечно, оставался финальный тест непосредственно из таверны, но командир уже не сомневался, что он закончится успехом.