Первым оказался бывший стронг, который убил человека в стабе по пьяни, без всяких на то оснований, и мясник из дикого стаба на краю Пекла, которого продали и привезли в цепях в Вавилон. Да, как ни странно, работорговлю здесь тоже никто не запрещал. В Вавилоне имелся свой невольничий рынок. Люди туда попадали за провинности или неуплату долга. Всё как везде. Ничего нового.

Вторыми были две пары. Двое чистильщиков, которые утаили в рейде два ящика водки и ящик консервов. Вторая — два рейдера, которые пронесли в стаб автоматическое оружие и устроили стрельбу, хорошо, что никого не задели. Но за это угодили на арену.

И третьим номером была наёмная убийца, которую схватили в стабе, когда она хотела порезать кого-то из администрации. Против неё выступили трое её заказчиков — обычные торговцы.

Стронги купили билеты, сделали ставки и теперь сидели на трибунах в ожидании начала боёв, потягивая пиво.

— Череп, а они до смерти дерутся? — спросил Жнец, не знающий нравов Вавилона.

— Ага, до неё самой.

— Разве это нормально?

— Нормальнее, чем нарушать законы. Это же не в прошлой жизни, здесь за любой косяк приходится держать ответ.

— Смотри, Череп. — Жнец показал на большой экран, на котором Годзилла с чёрным дымом из задницы бежала по воде. Трибуны взорвались хохотом. Следующим кадром было лицо Черепа, когда он увидел в первый раз ящера. Хохот тысячи людских глоток взорвал Арену. Следующим был Каа, вцепившийся скребберу в лапу. Теперь трибуны охнули в ужасе.

— Нормально мы зажгли, — тихо сказал Череп.

— Хватит мелодрам, начинается.

Прозвучал гонг. На арену вывели первую пару из противоположных выходов. У обоих руки в наручниках за спиной. Стронг был среднего роста, худощав, даже скорее тощ. Он выбрал два ножа. Мясник взял двуручный топор. Гонг прозвучал ещё раз, и с них сняли наручники через решётку.

Мясник не спеша пошёл к центру, крутя топор с длинной ручкой, как карандаш. Стронг стоял спокойно, небрежно держа два ножа за рукоятки. Дойдя до середины, мясник заорал, как медведь в момент гона, и, подняв топор над головой, побежал на стронга. Размах был огромен, и если бы стронг не ушёл перекатом, то его бы разрубило надвое. Топор со всей силы влетел в песок на арене, стронг оказался сзади мясника и резанул его по внутренней стороне бедра. Но до артерии не достал, подрезав только мышцы. Разворот с горизонтальным ударом топором не имел успеха, стронг просто присел, а потом, когда мясника развернуло по инерции, глубоко порезал ему мышцы на плече, после чего тот мог держать топор только одной рукой. Размахнувшись вовсю, он решил последним ударом прикончить стронга. Но, пока замахивался, получил нож прямо в сердце и грохнулся на арену, подняв тучу пыли. По законам Арены победитель получал свободу, а Череп — выигрыш.