дыхание, он вполне мог бы сойти за статую. Вика повернулась к Алехандро; вымокший до нитки, поникший и как-то разом постаревший, тот безразлично вертел в руках размокший окурок сигары. — Что случилось с моим мужем? — обратилась к нему Вика. — Его выбрали ориши, — рассеянно отозвался сантеро, его мысли были где-то очень далеко. — Выбрали для чего? — Для того чтобы помочь нам. Мы просили их благословения на ритуал возрождения Че. И они послали нам свою милость, своего Избранника. Но… — Алехандро тяжело вздохнул и собрался с мыслями. — В него вселился Огун, дух войны и железа, очень могущественный ориша. Впервые на моей памяти духи выбрали белого человека — у вашего мужа, должно быть, какие-то особенные предки и кровь. — Да, кровь у него еще та, — пробурчала Вика и покосилась на Пабло. Неужели этот старый индеец и в самом деле дед ее мужа? — И что мне теперь делать? — Что делать? — не понял сантеро. — Сколько мой муж будет находиться под влиянием этого самого ориши? Я требую, чтобы вы его немедленно освободили! — Я сожалею, но это не в нашей власти… — То есть вы хотите сказать, что Миша навсегда останется таким? Алехандро только покачал головой — и, развернувшись, подал знак остальным сантеро. Ритм барабанов давно затих, свечи и костры потухли под дождем. И сантеро стали расходиться так же незаметно, как и появились. Бывшие guerrilleros, казалось, еще больше постарели за последние минуты. Они растерянно топтались на месте: Альваро беспомощно, будто потерявший мать маленький ребенок, оглядывался по сторонам, руки усатого Карлоса тряслись, как при лихорадке, глаза Люсии подозрительно блестели… Но вот старуха, несмотря на то, что ее глаза были полны слез, гордо вскинула голову. Не обращаясь ни к кому в отдельности, скорее, говоря сама с собой, она сказала, отчетливо проговаривая каждое слово: — Я не зря прожила все эти годы. И не зря пришла сюда сегодня. Я вновь увидела того, кого забрали небеса, вновь взглянула в его лицо. Посмотрела ему в глаза. Успела сказать то, что не сказала тогда… И теперь, отпустив, могу сама спокойно уйти. Эстебан подошел к ней, очень нежно, трепетно взял за унизанную кольцами сухонькую руку и повел прочь из-под дождя, в здание Ночного Дозора. Альваро с Карлосом пошли следом, а за ними потянулись и остальные guerilleros и Иные — притихшие и задумчивые. Михаил внезапно развернулся и зашагал прочь, в темноту. Вика мертвой хваткой вцепилась в его рукав и в отчаянии обернулась к Пабло. — Что же вы стоите? — набросилась она на бабалао. — Помогите