своему внуку — если он и правда ваш внук… — Внуку? — неверяще воскликнула Яся по-русски, забыв, что по правилам вежливости следовало бы говорить на английском, ведь его все понимают. — Этот колдун — папин дедушка? — Ясенька, я потом тебе все обьясню, — тоже на русском тихо пробормотала Вика, не сводя глаз с бабалао. — Ориша выбрал Михаила и увел его за собой в Орун, — ответил Пабло, помолчал и добавил: — Орун — это мир духов. Ушедшие в него теряют связь с нашим миром и почти никогда не возвращаются. — Вы что, хотите сказать, что Миша никогда не придет в себя? Пабло молчал. — Это все из-за вас! — Вика была готова зарыдать. — Не будь в нем вашей крови, ничего бы этого не произошло! — Да, он мой внук, в нем течет кровь сантеро, — спокойно заметил Пабло. — Но он совсем не умеет пользоваться нашей силой, поэтому и стал легкой добычей для ориш. — Мне плевать, почему так вышло! — выкрикнула Вика. — Что нам теперь делать? Как его вернуть? — Ничего, — ответил бабалао, и в его тоне появилось неподдельное сожаление. — Даже я при всем своем могуществе не могу спорить с духами. Помочь себе может только он сам — если вспомнит о своей связи с этим миром и захочет вернуться. Михаил тем временем легко высвободил рукав из Викиной хватки и размеренно зашагал прочь. — Миша! — в отчаянии выкрикнула Вика. — Папа! — испуганно подхватила Яся. — Папочка, вернись! * * * Яся совсем перестала понимать, что происходит, — уж слишком невероятным было все то, что она увидела за последние часы! Мужчины, превращающиеся в собак, и волки, превращающиеся в стариков, сгустки огня в руках папы, возникающие из ниоткуда вихри, из которых появляются непонятные люди, вспышки и лучи света, словно сфецэффекты из кино, и все эти разговоры о дýхах… Впрочем, одно Яся поняла наверняка: колдовство это или что-то другое, но оно крепко захватило папу и отпускать его не собиралось. Прямо сейчас он уходил от них прочь и даже не осознавал этого. Не понимал, что здесь его жена и дочка, не помнил, как они его любят и как хотят вернуть его обратно. Тот старик сказал, что папу получится вернуть, если только он сам вспомнит о своей связи с этим миром. Как же ему об этом напомнить? В отчаянии Яся озиралась по сторонам. Все вокруг чужое! Чужой город, чужие улицы и дома, чужие люди… Уходящая в сторону гроза — не такая, как дома. Даже льющий на них теплый дождь — и тот пахнет по-другому! Тут мечущиеся по сторонам глаза Яси наткнулись на старика-бабалао. Тот неожиданно нежно смотрел на свою правнучку, и его лукавый взгляд