Я проверил все сообщения. От Ломова пришло короткое: «Особняк атакуют, отбиваемся. Потерь пока нет».

Я, конечно, верил в своих людей. Но у меня там брат, воспитанница. Тревога начала хватать ледяной рукой за сердце. Если атаку организовали те же люди, что и покушение, там больших проблем возникнуть не должно. Но… Что такое большие проблемы? Одна граната в окно комнаты… Я, конечно, купил им амулеты, но носят ли они их? Подростки же. Зерг. Зерг, зерг, зерг.

Не выдержав, позвонил Порфирию Петровичу. Тот снял трубку почти сразу.

— Мы уже в курсе, дражайший Олег Витальевич. Работаем. Ваши все целы пока, по моим сведениям. Если что-то измениться, я вам сообщу. — И тоже трубку бросил. Сообщит он. Зерг драный!

Мы все втроем сидели в моей комнате и ждали вестей. Я мерил кабинет шагами, не останавливаясь и думая, что я могу отсюда сделать, чтобы помочь своим. Августович уставился в комм, не реагируя на раздражители. Оксана нервно стискивала руки и следила за моими метаниями с тревожным выражением на лице.

— Все. Атака отбита. — Сухо доложил Августович. — У нас потери — один из гвардейцев. Остальные в порядке. Члены семьи целы. Трое раненых, в том числе Мария. Нападавших зачистили. Особняк сильно поврежден.

— Вы там что на прямой связи?

— Да. У меня есть доступ к сети безопасности поместья по паутине. Мария спрашивает, отдавать ли пленных полиции или сказать, что никто из них не выжил.

— Никто не выжил, ясно дело. Она справится?

— Справиться, Олег. Не сомневайтесь. Подробности вас интересуют?

— Да нет. Предлагаю спать лечь. К чему нам подробности!

— Ну тогда я пойду. Не буду вам мешать.

— Так, я вот сейчас не понял! Докладывайте, Карл Августович. Сарказм вам, кстати, не идет. Это вообще моя тема, как главы семьи. — Я слегка расслабился.

Мои живы. Ключевые бойцы целы. Гвардеец… Без потерь войн не бывает. Надо, конечно, о его семье позаботиться. Но это уже завтра.

— Докладываю! Двадцать минут назад особняк атаковала группа из десяти человек. Внутрь они пробрались через коммунальные коммуникации, атаковали из подвала. В группе было трое ограненных, собственно двое из них захвачены в плен. В плохом. Эээ, состоянии. Из подвала им удалось прорваться на первый этаж, собственно на этом их успехи и закончились. Погибший гвардеец дежурил снаружи. Первым доложил о вторжении. Отвлек огонь на себя. Без шансов. Мария говорит, его в решето превратили. Собственно, остальные смогли организовать сопротивление в доме. Мария засекла третьего ограненного, который под прикрытием невидимости проник в особняк с другой стороны. Опал. Он обезврежен. Ваш брат и госпожа Ива приняли участие в отражении атаки. Целы. Сейчас Мария ругается с полицейскими, которые приехали к концу боя и не дали остаткам противника уйти.