Так что я дал Святославу отбой. Нам остается только переждать бурю в укрытии.

Знаменский свое дело знал туго. Уже десятки простецов из младшего персонала «Защиты» и «Нитей» подверглись ментальному допросу, и дали показания на своих начальников. И сегодня рухнул один из столпов компании. Член совета директоров пошел на сделку со следствием, обещая выложить «всю правду о махинациях недобросовестных сотрудников компании». Это фаталити. Несколько миллиардов свободных средств компании взять было просто неоткуда. И это еще без судебных штрафов. Которые были сопоставимы с суммами налоговой задолженности.

На этом деле грели руки кланы. Брокерские конторы. Инвестиционные фонды, которые успели вовремя почуять, куда ветер дует. Прокуроры ковали в огне сгорающих «Нитей» новые звезды на свои погоны. Мелкие компании проводники приостановили платежи за использование оборудования. В общем, огромному количеству людей вся эта ситуация приносила огромные деньги, перспективы продвижения по службе или хоть маленький, а гешефт.

Интересно, «Нити» вообще доживут до суда по патентам, как юридическое лицо? Потому что если нет, то и суда нет. А все почему? Потому что неча маленьких обижать. Зря я иногда другим камням завидую. Никакой сапфир или там аметист не смог бы спровоцировать такую бурю. Если бы не я, у Знаменского вместо доказательств был бы шиш с маслом. Да и вскрыли систему злоупотреблений мы, только после незаметного проникновения в крепость противника. Так что есть повод гордится собой. Теперь надо еще чтобы меня, такого красивого, не подстрелил снайпер обиженных оппонентов. Но на такой случай у меня алмазный амулет имеется, за миллион алтын. Два-три выстрела я выдержу, а больше я сделать никому не дам.

Я еще раз обозрел ленту новостей. И задумался. После чего, повинуясь неясной еще мысли, я вызвал к себе Березовского и отдал ему странное, с его точки зрения, распоряжение.

— Все заработанное на этой истории и все резервы — на покупку. — Сказал я ему.

Тот оправил несвежий пиджак, покрутил жирной шеей, и все же спросил.

— Что покупаем, Олег Витальевич?

— Акции «Нитей».

— Не рано? — с удивлением спросил он. — Сейчас, конечно, когда они дешевле туалетной бумаги стоят, мы можем скупить солидный пакет. Но зачем он нам?

— Это компания — монополист на рынке ИТ технологий. — Ответил я. — Что произойдет, когда гигант рухнет?

— Многие люди будут злы на вас? — Спросил мой финансист.

— И это тоже. Но кроме того может упасть Паутина. Инфраструктура по ее обслуживанию вся в руках «Нитей». А там сейчас посадки директоров и учредителей начнутся. Представляете, господин Березовский, какой коллапс это может вызвать?