— Для меня большая честь, встретиться с Его Величеством в приватной обстановке.

Спрашивать у Зубоскалова, чем такую честь заслужил, я не стал. Перед ним бесполезно корчить дурачка. Он, как доверенное лицо императора, наверняка в курсе если не всех, то большей части обстоятельств, подтолкнувших господина к этому решению. А задавать вопросы, на которые не последует ответов, — впустую время тратить.

Итак. Мое предположение о встрече на высочайшем уровне подтвердилось. Император действительно желает сначала увидеться. И лишь потом будет задумываться, что ему выгоднее. Использовать меня или же отдать приказ о ликвидации. Я не обольщался. Если надо будет — меня устранят. Ни амулет не поможет, ни аура старшего магистра. Ни уж, тем более, грани старшего мастера. Поэтому я мог рассчитывать только на то, что во время аудиенции заинтересую императора настолько, что моя ликвидация окажется просто невыгодной.

Я уже составил себе некоторое представление о Василии Шуйском — правителе Ожерелья. Правнуке моего подопечного.

Во время кризиса он проявил себя с лучшей, с моей точки зрения, стороны. Шуйский опытный политик, который прекрасно умеет кризисы обращать себе на пользу. Мудрый и уравновешенный руководитель. После его политической победы не полетели головы. Не были арестованы главы кланов. Никто не лишился имущества или жизни. Он повел себя так, будто заговора по смещению с трона его династии вовсе не было. Так мог себе позволить действовать очень уверенный в себе и своем окружении человек. Недаром девизом клана, из которого вышли Шуйские было: «Тверже алмаза». А еще интересы Ожерелья явно ставились им превыше личных амбиций и обид. Я не видел ни одного шанса на то, что мы с ним не договоримся. Это не значит, что я ничего не приготовлю на такой случай. Мой опыт говорил, что любая оценка человека, с которым ты не сталкивался лично, лишь по его делам, слухам и официальным источникам может оказаться ложной. Однако много я бы на такой вариант не поставил.

Император правил уже двадцать шесть лет, сменив на престоле и в должности главы Кабинета своего отца, отрекшегося от трона. Вступил на престол он в достаточно зрелом возрасте. Сорока одного года от роду. И ни разу за годы своего правления не допустил ни одного крупного политического просчета.

А ведь ему досталось общество, отравленное заразой либерализма. Общество, которое, в массе своей уже вкусило сытой и спокойной жизни. Общество, получившее столько свободы, сколько могло вынести. Александр Шуйский, отец нынешнего правителя, сын Павла Васильевича, сына моего подопечного, провел множество либеральных реформ. Расширил границы Ожерелья почти втрое.