* * *

Звонок. Ого. Эр Павел Зотов звонит. Мы с ним уже давно договорились, что встретимся, как только он окажется в Павлограде или Алом Рассвете. Да все никак не совпадали. Я приеду в форт, его нет. Он в форт вернется, я уже уехал.

Зотов — тот самый владелец заводов по производству средств связи, с которым я познакомился на втором моем приеме Лариной. У них хорошая, крепкая семейная компания-середнячок. Если бы не последние события, они бы вообще себя прекрасно чувствовали. А так их акции тоже упали, что принесло компании четыре миллиона убытков. Я выкупил часть их акций на прибыли с игры на понижение акций «Нитей». Сейчас же он собирался просить у меня в долг, а я — прикупить всю его семью с потрохами и заводами.

Так что я пообещал прислать за ним машину и стал готовиться к встрече.

Зотов сильно похудел с того приема, на котором мы познакомились. Причем была это нездоровая худоба. Он был слабым мастером — топазом, поэтому не мог заболеть. Скорее всего, причиной его болезненного внешнего вида стала нервотрепка последних дней. В глазах фабриканта поселились неуверенность и тревога. Под веками залегли глубокие тени. Синий костюм сидел кривовато и был явно несвежим. Проблемы у человека, сразу видно. Как хорошо, что он вовремя со мной познакомился.

— Добрый день, Павел Симеонович. Кофе, чай?

Поприветствовал я его первым, в силу старшинства. Хотя по сословным понятиям он должен был поздороваться первым. Но он-то помнил меня еще щеглом-адептом. А свой новенький серебряный с золотым кантом перстень я ему в лицо не пихал. И вообще, я здесь не зергами мериться собрался, а спасти его семью от разорения. Ну почти. Хе-хе.

— Приветствую, Олег Витальевич. Воды, если можно. От кофе мне дурно делается последнее время.

Мы немного обсудили погоду и последние новости. Зотов был лыс, как яйцо, иначе, когда я перевел разговор на финансовые новости последней недели, он реально начал бы себе волосы вырывать. Фабрикант раскраснелся, а его дыхание стало прерывистым и поверхностным. Как бы его удар прямо в моей конторе не хватил.

— Я прямо на прошлой неделе, за три дня до всего этого дерьма, кредит взял. На открытие нового завода. — Он чуть не рыдал. — А тут эта катавасия, Олег Витальевич. Акции упали. Из плохих активов еле выйти успел, потерял более миллиона. Свои акции тоже обесценились. Мне теперь не до завода. Выжить бы. А банк, сволочь такая, кредит назад требует. Или залог. Мол, капитализация моя упала ниже минимума, предусмотренного договором.

— А что финансисты ваши говорят, Павел Симеонович? — Спросил я осторожно. Ситуация у него даже хуже, чем мне докладывали.