Медленно отворив подъездную дверь, я прямо кожей чувствовал взгляд скрытого темнотой наблюдателя, мы зашли в подъезд. Невидимость осталась на месте. Для стороннего соглядатая все выглядело так, будто дверь сама отворилась от порыва ветра, или под собственной тяжестью. Быстро взобравшись на четвертый этаж, я остановился перед дверями в наши апартаменты. Повернулся к Кириллу.

— Так, сидишь тут, — я показал на лестницу к чердаку. Одновременно скидывая на брата сумку с покупками. — Никуда не лезешь, пока я тебя не позову. Это понятно?

Он кивнул.

— Если ты не вовремя вылезешь, я могу быть ранен или убит, потому что мне надо будет защищать еще и тебя. Ты понимаешь?

Он снова кивнул. Кирилла била мелкая дрожь, и он часто дышал, но все еще продолжал держаться молодцом.

— Вот номер, — я скинул ему номер господина Петрова. — Звони прям щас. Скажи что на нас напали. Потом бросай трубу. На звонки не отвечай. И поставь на беззвучный!

Убедившись, что он выполнил мои указания и залез повыше на чердачный лестничный пролет, я достал Гюрзу и передернул затвор. В правую руку взял кинжал. Снова набросил «Плащ теней» и толкнул дверь.

Картинка, открывшаяся моему взгляду в коридоре, оправдала мои опасения. Рядом с проходом в кабинет полулежал, опершись на стену, Карл Августович. Он крепко сжимал свою трость, но явно был не в себе. Какой-то тип, излучающий ауру менталиста, согнувшись стоял над ним, положив руку ему на голову. Еще один налетчик габаритных объемов стоял в коридоре, ближе ко мне. Сука, опять рубин! И не из сырых — полудрагоценных, этот похлеще Хорста будет. Между адептом и мастером где-то. Причем ближе к мастеру.

Из кабинета доносились посторонние звуки, значит там, как минимум, еще один персонаж. Единственная тусклая лампочка в коридоре горела, как назло, почти прямо над дверью. За секунду оценив ситуацию, я начал действовать.

Не входя в круг света от лампочки, дважды стреляю в бок менталисту. Полог слетает.

Громила в коридоре неуловимо быстрым движением выхватывает пистолет — калибра, эдак, нулевого. Это, зерг, почти мортира уже!

Наш попечитель, которому полагается лежать в отрубе, резко поднимается на ноги.

Менталист, отброшенный пулями, корчится на полу.

Громила видит меня — мгновение колебаний. Я снова набрасываю плащ и оставляю вместо себя двойника. Вовремя!

Два выстрела пробивают двойника насквозь, вырывая кровавые фонтаны из груди, двойник картинно отлетает за дверь, а я получаю дополнительные мгновения.

Но воспользоваться ими не успеваю. Старик резко вскидывает трость, громила, приседая оборачивается и получает отстреленным от рукояти деревянным чехлом прямо в лоб. Из рукоятки трости теперь блестит сталь. Практически одновременно громила делает выстрел, и Карл Августович, отлетает метра на три дальше по коридору, где и замирает на дощатом полу сломанной куклой. Зерг, нет!