Глаза заливает то ли пот то ли кровь то ли слизь.

Рублю и режу.

Аура истончается с каждым ударом.

Рублю и режу.

Не знаю сколько прошло времени, и что твориться снаружи. Я почти на пределе.

Рублю и режу.

Наконец, еще один низкий вопль, и я устремляюсь вниз, продолжая сжимать обрубок, выросший из ядра.

Резкий рывок за пояс. Я возношусь вверх! Ошеломленный, почти ничего не видящий. Но еще живой. Боец нажал на кнопку. А я, кажется, вывихнул левое плечо. Да я вообще все, кажется, вывихнул!

Вокруг мелькают какие-то смутные пятна. Меня тошнит. Остановка.

Неизящно падаю плашмя. «Плащ теней»! Пытаюсь проморгаться. Зрение постепенно приходит в норму. Я лежу в галерее на боку, а вокруг меня кипит героический махач.

Два моргающих портала выплевывают остатки подкрепления. На моих глазах боец в силовых доспехах прыгает из портала в самую гущу монстров, убивая нескольких просто приземлением. По бетону разбегаются трещины. Круто, че! Следующий за ним уже не успевает, и оказывается по ту сторону захлопнувшейся арки. Примерно десяток чистильщиков рубится с монстрами по всей галерее. Наш мехвоин проделывает свой коронный фокус с облепившей его кучей монстров.

Порталы — тот самый не просчитываемый фактор. У неизвестного александрита-прыгуна, который поливал монстров тоннами пенной дряни могли остаться неиспользованные грани. Или нет. Могли откатиться использованные грани. Или нет. У него могли быть «пристрелянные» точки выхода на нашей галерее. Или нет. Слишком много этих или нет. Я про него ничего не знаю. Кроме того, что он есть. Я не знаю ни его ранг ни количество граней ни их силу. Однако, то, что он оказался достаточно сильным и запасливым, меня радует. Рукопашный бой я сейчас не потяну.

Вижу, как истаивает могучее тело фомора. Туманная змея, на конце которой выросло это экзотическое украшение резко сокращается и бьет по основному кулаку. В мясорубке воцарившейся в коридоре настает внезапный перелом. Твари сразу как то сникают. Атакуют вяло, без прежнего огонька. И ложатся под стальные силовые сапоги чистильщиков аки озимые под серпом.

Меч в моей руке шипит и оставляет ожоги на коже. Сталь клинка и рукоять испаряются. Отбрасываю ставший бесполезным кусок металла в сторону.

Проходит минута. Другая.

Я по-прежнему лежу на боку, не в силах принять участие в схватке. Аура почти на нуле. В руке — обрубок, а возле меня лежит чудовищный, источающий силу Хмари трофей.

Облако Хмари вздрагивает, мелькают странные образы и силуэты… и начинает откатываться от форта назад. На волю, так сказать, в пампасы. Вот и ладушки. А то я притомился.