Нет, не потому что боюсь его реакции.

Будет ругаться?

Однозначно!

Но он у меня отходчивый.

А я — терпеливая.

Однако лишние переживания ему ни к чему.

Своих полным-полно…

— Так что там с вашей лотереей для гостей? Решили, какие презенты будем дарить? — интересуется папа, усаживаясь за стол.

— М-м?.. — не сразу выныриваю из своих мыслей.

— Ты разве не у Нины сегодня была? — удивляется встречно отец. — Или вы опять всем парням в округе кости перемывали, но о самом главном забыли? — лукаво усмехается.

Спасает ворчливое замечание Марии.

— Что за мода такая, не пойму? День рождения будет у нашей красавицы, а подарки дарить будем мы — не наоборот, как у нормальных людей, — качает она головой с прискорбным видом.

— Это просто небольшие сувенирчики, на память, в качестве ответной благодарности, — хватаюсь за смысловую нить разговора.

Женщина преклонных лет со мной явно не согласна, но не спорит. Продолжает ворчать уже тихонько, себе под нос, направившись на кухню за горячим.

— Ну, да, забыли, — уже для папы. — Вернее, просто не определились! — оправдываюсь поспешно. — Завтра решим.

— Ну, да, как же… — скептически хмыкает отец, демонстративно уставившись на свои часы. — Не затягивайте, а то не так уж и много времени осталось, — велит следом.

Охотно киваю. Мария возвращается в столовую, и последующее ближайшее время мы заняты поглощением салата, мяса и печеного картофеля со специями. Я успеваю съесть почти всё. Да не всё. Мой ужин буквально застревает в горле, одновременно с задумчивым от папы:

— Больше никого пригласить не хочешь? Того, о ком я ещё не знаю, — меряет меня пристальным оценивающим взглядом.

Точно замечает мою реакцию!

Стараюсь протолкнуть в себя остатки пищи, как можно незаметнее. Выпиваю сразу несколько глотков воды в помощь.

— Например, кого? — интересуюсь настороженно.

На губах отца расплывается снисходительная насмешка.

— Ну, не знаю, вдруг ты себе парня завела.

На секунду становится страшно.

Неужели Имаи-сан меня сдал⁈

Да нет…

Приступ паники я безжалостно подавляю.

Если бы речь шла о том брюнете и моём знакомстве с ним, папа вряд ли оставался бы настолько спокойным.

А значит…

— Если бы завела, ты бы обязательно об этом знал, — отзываюсь максимально нейтрально и беззаботно.

Пристального взгляда от меня отец так и не отводит.

— Что? Разве я не права? — ехидничаю.

Папа неопределенно пожимает плечами.

— Мало ли… — произносит неохотно.

Словно всё ещё не верит.

Мне.

Или себе.

— А с чего бы тебе вообще спрашивать меня об этом? — заинтересовываюсь я сама.

Откуда-то же взялась эта тема ни с того ни с сего.