Мы с Софией согласились с этими доводами.

Восхождение заняло некоторое время — приходилось искать обходные пути восхождения крутых склонов, но в итоге мы оказались у той самой вентиляционной шахты, расположенной на вершине сопки.

Она оказалась достаточно большой, чтобы мы могли пролезть не выбираясь из экзоскелетов.

Я скинул трос и хотел было начать спускаться первым, но Виталик запротивился и заявил самым серьёзным тоном:

— Негоже командиров первых в пекло кидать. Сначала идут профессионалы!

На этот аргумент мне нечего было возразить — из нас троих он действительно был самым опытным бойцом, побывавшим чёрт знает каких передрягах!

Прошла минута, другая. Мы с Софией были как на иголках, готовые ринутся на помощь товарищу, как вдруг по связи ближнего действия раздался спокойный голос:

— Я спустился. Тут решётка. Один не справлюсь.

Мы начали спуск. Поначалу шахта представляла собой отверстие, пробитое в скале, но через несколько метров она уже была вполне себе тоннелем, укрепленным бетоном.

Вскоре мы достигли решетки — толстенные прутья, вмурованные в стены, преграждали нам путь.

— Чтоб вы без меня делали, — ухмыльнулась довольная собой София и достала из своих пожиток компактный плазменный резак.

Сталь решётки оказалась толстой, но не особо качественной и без особых проблем поддалась резаку — мы с Виталиком вынули вырезанный кусок и положили его в сторону, стараясь не шуметь.

Вскоре мы оказались в довольно просторном помещении, вытесанном прямо в горной породе. Причем явно не кайлом и молотом, а с помощью бурильного механизма.

— Что за вонь? — поморщилась София. — Меня сейчас стошнит!

И впрямь — пахло безумной смесью пота, затхлого воздуха и экскрементов.

— Да, так себе запашок, — согласился я. — Давайте сделаем дело и свалим отсюда поскорее!

Я указал на галерею, плавно уходящую вниз. Шагоходы должны были располагаться где-то внизу, раз там были подходящие по размеру ворота.

Мы начали движение, держа оружие на изготовке. Несколько раз нам попадались развилки и перекрёстки, но мы всё время выбирали путь, ведущий вниз.

Чем дольше мы шли, тем более душным становился воздух. Мало того, к вони добавился какой-то странный сладковатый запах, который вызывал тошноту даже у прожжённого Виталика.

— Тссс! — я вдруг услышал слабые шорохи, доносящиеся с одного из ответвлений. Мы замерли, вскинув оружие. — Вы слышите?

— Да, — кивнула София. — Я слышу.

— Пойдём проверим? — предложил Виталик шепотом.

— Да, вперёд! — отдал я приказ.

Перед нами открылась высокая широкая пещера, тоже явно рукотворного происхождения. Вдоль стен располагались ряды оборудования с сотнями мигающих индикаторов, экранов и надписей на непонятном языке.