Я недоуменно повернулся к Матвею и тот шепотом сообщил мне, что Степан Карлович Кожемякин является старшим консультантом и курирует группу помощников депутатов.

— А у тебя в должностной инструкции что написано, друг Матвей? Кому ты подчиняешься?

Матвей закатил глаза, изображая мыслительный процесс, после чего сказал, что согласно этому документу в своей работе он подчиняется депутату, за которым он закреплен.

— Так и какого лешего вы собрались без моего ведома лишить меня ценнейшего сотрудника без обязательной отработки в четырнадцать дней и моего ведома? Что это за неведомый мне Семен Карлович, который не начальник отдела, не руководитель службы, а какой-то старший консультант, который вдруг решил, что он птица высокого полета? Или вы из банды Софья Павловна Булгакова, которая всеми силами пыталась сорвать мою законотворческую деятельность? Так вы мигом отправитесь отсюда гулять вслед за своей подружкой, за мной это не заржавеет!

— Какой банды, какая подружка? — инспектор кадров пребывала между состоянием панической атаки и обмороком. Несмотря на густой слой тонального крема, ее лицо побледнело, а три подружки вообще не поднимали головы от бумаг, следуя принципу «Ничего не вижу ничего не слышу. ты умрешь сегодня, а я только завтра».

— Банда, которая тут вредительством занимается, срывает работу городского законодательного органа. — я ткнул пальцем в часы, висящие на стене: — Благодаря вашим фокусам время уже обед, а Синицын еще к работе не приступил, чем сорвал важнейшее задание мэра! Я завтра не собираюсь перед ним бледнеть и краснеть, а сообщу ему, что у срыва важнейшего городского мероприятия есть фамилия, имя и отчество!

— Что вы ко мне пристали! — выкрикнула инспектор, падая лицом на пачку каких-то заявлений и приступая к эффективной женской защите: — истерическим рыданиям: — Мне что сказали, то я и сделала!

Пара минут в кабинете раздавались лишь глухие рыдания инспекторши, заливающей зелеными тенями и черной тушью чьи-то заявления, а от осуждающих взглядов ее товарок, скрестившихся на мне, я должен был сгореть в адском пламени. Но на меня их взгляды не действовали.

— Давайте, заканчиваем комедию валять, лицо обтирайте, нам еще в вашему начальнику идти…

— Зачем? — пискнула Ядвига Валерьевна в короткий промежуток между рыданиями.

— Затем. Будем разбираться до конца, кто там вам дал указание уволить моего сотрудника, да и материальный ущерб взыщем…

— Какой материальный ущерб? — тетка даже лицо подняла от промокших бумаг.

— За четыре часа, что мой помощник не работал по вашей милости, и вообще, поставлю вопрос о вашем некомпетентности. Вы даже штатную структуру аппарата помощников депутатов не знаете, а туда же, заказными увольнениями занялась, киллерша недоделанная.