— Что вы хотели? — человек за забором пытался рассмотреть то, что находиться за моей спиной, и я сделал шаг в сторону, но стало только хуже. Увидев припаркованного у обочины черного «японца» человек побледнел.

— Я майор Громов. Уголовный розыск. — перед уходом в депутаты я «выбил» у отдела кадров удостоверение под новое звание и посчитал сегодня уместным предъявить его.

— Машину узнаете? Она, по документам, за вами числится?

— Машина не моя, я ее подарил своим знакомым и теперь не имею к ней никакого отношения. — как заученное, затараторил владелец дома и номинальный хозяин трофейного джипа: — Оставьте меня в покое, пожалуйста.

— Погодите, выслушайте меня — я сунул руку в дыру и не позволил захлопнуть «амбразуру»: — Машина стояла у дома, в котором обитала банда и который был осенью взят штурмом ОМОНом. Два дня назад был суд, оставшихся в живых, бандитов осудили, дали лет по десять — двенадцать, а вещественные доказательства обратили в доход государства или уничтожили. Эта машина в официальные протоколы не вошла, но, по документам она ваша. Принимайте, как говорится, аппарат, только расписку мне напишите.

— Я вам говорю, это не моя машина, я ее подарил! — почти закричал человек за калиткой.

— Послушайте, там почти вся банда полегла, часть села. Если пара –тройка человек еще в бегах, то в Городе они не появятся — это точно. Вам бояться абсолютно нечего. Забирайте машину и живите спокойно.

— Вы говорите, что кто-то убежал?

— Ну, официально, трое числятся в федеральном розыске, в том числе тот, кто убил подполковника милиции, дядю их главаря, который попытался уговорить их сдаться.

— А вы там были?

— Был. — я кивнул головой: — Бандиты в ту ночь опера моего убили, а под утро мы их обложили в доме…

— Когда вашего убили, вы сразу с бандой вопрос решили, а когда…- мужчина замолчал на полуслове, плотно стиснув губы.

— Вот в этом не надо меня винить. — разозлился я: — Я еще за день до этого о существовании этой банды не знал, спокойно ловил наркоторговцев в своем Дорожном районе. Потом ко мне приехал некий Брус, договариваться, чтобы я его барыг не трогал. Разговор не получился, а вечером, на пороге моей квартиры, ключи от которой я дал коллеге, чтобы тот там переночевал, этого самого коллегу и убили, видимо перепутав со мной. Поэтому ваши истерики мне до одного места, я к ним никакого отношения не имею. Берите паспорт и выходите, будем расписку писать.

— И через сколько на свободу «выйдут» те, кого посадили?

— Да какая разница? Десять, двенадцать лет, может быть там еще сроки добавят.