– Я лишь пытаюсь сказать, что Риза тебе теперь тоже следует воспринимать иначе. С высоты своего нового статуса, поменьше оглядываясь на прошлые встречи. Вынеси с них уроки и двигайся дальше. Вы оба уже не те. У него больше нет над тобой власти. Он потерял ее, когда упустил тебя. Теперь ты сама к нему возвращаешься. А потому вольна диктовать правила вашего общения. И будь уверена, он их примет. Как минимум из-за любопытства.
– А максимум?
– Чтобы вернуть тебя.
– В качестве энергетической подпитки? Вот уж спасибо!
– Будь дело только в ней, на тебе бы не было его метки избранника. Нет, Кияри, между вами нечто большее. И даже не пытайся это отрицать, – заключил пьющий, прежде чем неожиданно перестать подпирать собой дверь и уже вознамериться уйти.
– Это все, что ты хотел мне сказать?
– Да, десертик.
– Не называй меня так, – поморщилась.
– Хорошо, помеченная. Так лучше?
– А можно просто по имени?
– Можно, но неинтересно. Ты на него не так остро реагируешь. А тебе пора учиться правильно отвечать на провокации. Что-то подсказывает, в случае с Ризом их ожидается немало. Поэтому собирайся.
– Куда?
– На прогулку со мной. Через полчаса выходим. И готовься, буду издеваться.
– Кто бы сомневался! – успела кинуть вдогонку, прежде чем дверь за визитером закрылась.
Ох, что-то подсказывало, это будет еще та неполная неделя, прежде чем мне выпадет возможность заглянуть в глаза своему жутко голодному страху. Хотя, может, за эти несколько лет все изменилось, и Вамлайт едва ли обратит на меня внимание. Если вообще узнает.
ГЛАВА 23
ГЛАВА 23
В своих прогнозах относительно Ева я не ошиблась. Пьющий нервировал меня чуть ли не ежеминутно. Но стоило отдать ему должное, при этом ни разу не выставил в плохом свете перед другими. Таким образом все шпильки, недвусмысленные намеки, шутки и комментарии касались непосредственно меня, его, Кая, но больше всего Риза. Когда же я по окончании дня уже чуть ли не со слезами на глазах позвонила другу, чтобы нажаловаться на своего мучителя, тот, к моему еще большему возмущению, только посмеялся с нас.
– Ты ему нравишься, Кия. И не меньше, чем мне, – включив мужскую солидарность, попытался оправдать своего создателя Кай.
Вот же спелись! Впрочем, ничего удивительного, поскольку, если подумать, они оказались пугающе схожи. И во многом. Оба знали себе цену и вели себя соответствующе. А еще одинаково тепло и при этом шкодливо относились ко мне.
– Я тебе не затем позвонила, чтобы ты его защищал!
– А зачем тогда?
Хороший вопрос. Надо было сначала самой им задаться, а уже потом набирать Кая.