От боли он принялся метаться внутри ритуального круга, снося турели и натыкаясь на барьер. И при этом страшно выл. От его криков хотелось закрыть уши руками, а ещё лучше — выковырять мозг через них.

«Как чувствовал, что не нужны тут зрители. Сейчас бы они точно попытались сделать себе лоботомию или харакири мозга», — мелькнула мысль.

Очередной барьер, побитый демонической кровью, я снял сам и спустил новую стаю демонических волков. Они принялись жрать не только демона, но и слизывать его кровь отовсюду, где она пролилась.

— Хватит! — внезапно заорал архидемон, отбиваясь от духов. — Всё, ты доказал свою силу, я признаю, что ты могущественнее меня. Говори, что тебе надо. Всё сделаю, всё, что попросишь! Без всякой платы!

— Мне нужна твоя душа, — сказал я и активировал мины, которые он ещё не успел растоптать. Новая порция зелий выплеснулась наружу. Она с одинаковой эффективностью убивала и демонических волков, и самого Анкихьяиньяшшассэнаффа. Впрочем, первых я и не собирался отпускать. Напившись крови и наевшись мяса архидемона, астральные существа сами могли стать инфернальными тварями. Только их уже не будет тянуть Инферно в родной мир. Именно потому я сначала напустил на призванного волков, а уже потом включил детонаторы. Едва только мины выпустили благовония, как следом я активировал заклинательные цепочки на четырёх небольших пирамидах из адамантия, установленных в этом круге защиты, но впритык к следующему барьеру, чтобы демон их не повредил. Амулеты засветились молочно-белым приятным светом, заполняя им всё пространство внутри защитного круга.

От волшебного сияния первыми сдохли демонические волки, затем стала гореть демоническая кровь, на глазах превращаясь в прах. Знаете, как в фильмах показывают момент гибели вампиров от солнечного цвета, когда они тают от его лучей, как лист бумаги от огня, а потом невидимый ветерок уносит частички пепла? Вот так же происходило и сейчас. Причём сгорала не только кровь и куски плоти, оторванные минами и снарядами «гауссок», но и с сам Анкихьяиньяшшассэнафф.

Он выл, кричал, ревел, слал проклятия и сыпал обещаниями, бился о барьер, не имея уже сил его прорвать. От этой вакханалии у меня сердце то замирало, то принималось безумно биться в груди. Ныли зубы, и болела голова, зрение туманилось, появлялось и пропадало головокружение. И это всё несмотря на защитные амулеты, личные защиты и противодемонические обереги на мне. К счастью, на внешней броне фрегата имелось ещё одно защитное поле, которое глушит всё это, не выпуская наружу, тем самым не давая даже крошечного шанса, что не́кто где-то — в этом мире или соседнем — сможет узнать о происходящей схватке.