— Насчёт войны — это вряд ли, — скривился я и махнул рукой в потолок. — Там воюют ещё больше, чем в вашем мире. Но придумать что-то можно. Как минимум, женщины и дети, старики и всяческие гражданские будут в безопасности. А солдаты… ну, такая у них доля.

— Нас такое устроит.

Этот разговор происходил в Лобосконе, куда я прилетел с «Тарапунькой и Штепселем». Там же в городе оказался один из членов правительства эльфийской республики, Советник Аан Ланкес. В отличие от пары моих сопровождающих, он оказался довольно-таки подозрительным типом. Мне пришлось, как следует постараться в красноречии, чтобы заверить его в своих чистых помыслах. Помогло ещё то, что здесь никто не знал о махровом рабстве в «звёздном» обществе.

В город он приехал перед самой осадой, чтобы поддержать дух сограждан и привёз немалый груз в виде оружия, лекарств и продуктов. Из-за стремительного натиска огромной армии орков, уйти из города он не успел. Советник обладал неограниченной властью и — самое главное — доверием народа. Поэтому, от его слова зависело всё. Потому он мог разговаривать со мной от лица всей республики. Даже сбор тех сотен эльфов в соседнем городке в горах, где я познакомился с Лирсом и Фапом мог прекратиться, стоит ему связаться по радиотелеграфу с ним. Можно было бы воспользоваться ментальными чарами, но они быстро слетят с такой сильной личности. После этого мой авторитет упадёт ниже плинтуса среди эльфов. Даже устрани я его после этого, то всё равно я останусь персоной нон-грата среди местных. И тогда не получится набрать себе армию перед отправкой на Землю-41. Разве что, наведаться в островное королевство. Но там население в целом довольно жизнью. Желающие отправиться к звёздам, конечно, найдутся, но толкать их вверх будут совсем иные стимулы. Да и есть разница, кого брать: ленивых, довольных и разжиревших или отчаявшихся, стоящих перед смертью и за спасение себя и родных готовых отдать почти всё.

Ну, или устранить его сразу после того как он, подавленный магией, поможет набрать эльфов. То есть, до того, как чары спадут и он поймёт, что им воспользовались, как одной резиновой вещью.

С Советником я встретился сутки спустя.

— Здравствуйте, Советник Ланкес.

— Здравствуйте, господин Глебов, — степенно ответил он. — Вы уже подумали?

— Да. Единственная возможность переселиться на другую планету — это такая же «дикая», как и ваша. Живут там люди, так же воюют между собой, пока что в космическое сообщество не входят…

За минувшие сутки я придумал, куда могу переправить эльфов. На Землю-41. Расселить их вдоль Амура в Сибири. Климат там хоть и суровый, но на порядок лучше, чем в этих горах, где эльфы уже третий десяток лет живут. В СССР нет сильной расовой непримиримости, так что с этой стороны ушастые будут более-менее защищены. Плюс, лично я им буду симпатизировать, так сказать. Плюс, этот анклав будет изолированно жить, поддерживая редкие связи с остальным миром. Тут я тоже позабочусь. Тридцать миллионов на планете — это капля в море при учёте того факта, что за полвека население Земли утроится. Ещё один плюс заключался в том, что я получу целое государство обязанных мне разумных, лояльных до последней капли крови. Конечно, это будут понимать и в правительстве СССР, когда я подниму данный вопрос. Поэтому, стоит ждать палок в колёса. Но, думаю, справлюсь. В крайнем случае, отправлю их в Африку в безлюдные земли, которые с моими возможностями терраформировать и превратить в оазис будет несложно. И плевать мне на крики что международной общественности, что голожопых дикарей. Не очень толерантно, но в середине двадцатого века такого понятия нет. Куда тяжелее придётся объясняться с комиссией из галактического сообщества, когда Земля подаст заявку на новый статус. Впрочем, до этого момента ещё минимум десятилетие. За это время я смогу обработать тысячи тех, кто решает важные вопросы в галактике. Может, получиться войти в сообщество даже раньше, чем Земля создаст единое правительство.