— Отьебись, — одними губами прошептал Юрий, до боли закусывая губу, пока с той не полилась кровь. Это чуть отрезвило, чуть заглушая давящий на сознание голос.
— Вкууусные, а ведь когда выпустили, их было не достать. Заведение закрылось, ты досиживал с обычными работягами в колонии-поселении, а потом, выйдя на свободу, понял, что жажда крови, никуда не пропала, хе-хе, и ты начал глушить ее водкой. Что же с тобой стало, а? Или водка уже не спасает? Кровожадная тварь! — издевательски рассмеялся неизвестный. — Ты…
Внезапно все прекратилось. Заскрепели доски над головой и вскорее помещение залилось ярким светом. Кто-то проворно спрыгнул в подвал и подхватив старика под руки, вытащил на свет.
— О, Миха, глянь, он себе губу раскусал, ниче се как хлещет, — удивился один из надзирателей.
— Мда, ну, тут однозначно надо зашивать, он ж ее натурально порвал зубами, — недовольно проворчал второй, вытаскивая старика из подвала. — Шеф будет недоволен…
— А мы-то тут при чем? Он сам ее расфигачит, мы ж его не били, — отмахнулся первый, ловко выкарабкиваясь из погреба.
Зяба с трудом разлепил веки, пытаясь осмотреться. Глаза, от столь яркого света, заслезились, так что некоторое время он ничего не мог толком разглядеть. А ведь оба надзирателя подхватили его под руки и потащили прочь из дома. На улице было не менее ярко, а значит уже как минимум полдень. При учете, что Юрия спеленали примерно в час ночи, то в зиндане он просидел как минимум часов восемь. Потому как пока доставили, пока обшмонали и раздели, в яму ж тоже, не сразу кинули.
— Это кто так постарался? — недовольно произнес весьма молодой голос. Зяба поднял голову, глядя в сторону источника. Глаза пока еще привыкали к свету, но было видно силуэт. Крепкий молодой парень, в темно-красной рубашке в черную клеточку и джинсах. Он стоял на крыльце двухэтажного дома. Рядом с ним стояли еще двое. Мужчина в полевой военной форме, не такой молодой и девушка, лет двадцати пяти, в черной юбке и белой блузке. Видимо секретарша, поскольку дама была ухожена, а это редкость для нынешнего времени.
— Зябликов Юрий Дмитриевич, — спокойно произнесла она, проведя двумя палтцами по переносице, словно поправляяочки. — Возраст…
— Да я вижу, что не он, — тяжко вдохнул мужчина в рубашке, прикрыв глаза рукой. — Вот и посылай после этого…
— Твои орлы взяли не того, — усмехнулся тот, что был в военной форме. — Так что, дай мне исправить, косяк твоих ребят. Пока к нам сюда не заявились его друзья, по горячим следам. А я уверен, что эта твоя боксерша, наследила по самое немогу.