Часть 1 Глава 1
ГЛАВА 1
15 ноября в узком кругу встретились в штаб-квартире Общества в доме Российско-Американской компании у Рылеева. Масляная лампа свисала с потолка. Самые важные персоны расселись вокруг зеленой скатерти, будто для начала карточной партии. Другие, остались стоять, прижавшись к стене. Рылеев объявил, что заседание открыто, и предоставил мне слово.
— Господа, надеюсь, информация полученная от Федора Николаевича Глинки дошла до всех здесь присутствующих?
— Да, Иван Михайлович, это стало для меня шоком!
Из присутствующих не был проинформирован только Пущин и Оболенский. Оболенского вчера не было дома, а Пущин приехал только сегодня.
— Проясните, пожалуйста, для всех сложившуюся ситуацию, — я обратился к Александру Бестужеву.
Бестужев откашлялся и, глядя главным образом на Пущина и Оболенского, начал говорить
— Летом и осенью сего года, Якубович, действуя через генерала барона Дибича, писал императору о своей невиновности по делу Шереметева, прося перевода в гвардию с обратным назначением в Грузию. На эти его прошения 12 ноября воспоследовало разрешение повелением внести имя Якубовича в приказ для перевода в лейб-гвардии Уланский полк. И этот человек лицемерно заявлял нам, что станет цареубийцей! — Бестужев не выдержал и выругался.
Это новость стала неожиданной даже для меня, покопавшись в смартфоне, я убедился в верности слов Глинки, просто раньше подобная информация от меня ускользала. Дело в том, что, будучи восстановлен в звании и принят в войска, Якубович, не желая разрушать перед своими приятелями сложившийся у них образ, все равно примет участие в восстании. Но сейчас, когда до выступления оставалось все меньше и меньше времени, я решил, что следует показательно покарать перебежчика, дабы ни у кого более подобных крамольных мыслей не возникало. Ну и заодно я преследовал цель лишний раз всем продемонстрировать, кто здесь альфа-самец! Обезьяньи повадки, как доказали ученые 21 века, в нас все еще живы — действуют в человеке и на осознанном и на инстинктивном уровне.
— Что Кондратий Федорович, спекся твой тираноубийца?
— И не говори, Сергей Петрович, — Рылеев обернулся к Трубецкому, — ну, кто бы мог подумать, что Якубович, которому мы верили, пригрели на груди, поступит так низко и подло!
— Говори за себя Кондратий Фёдорович, я этому вашему Якубовичу никогда не верил! — сказал, как отрезал Трубецкой и с вызовом уставился на Рылеева.
Эти выяснения отношений сейчас до добра не доведут, нужно было срочно брать ситуацию в свои руки.
— Не будем, господа, искать крайнего. Команда ликвидаторов у меня уже собрана и может начать действовать по моему приказу в любой момент! Сейчас на повестке дня стоит другой вопрос — что делать с Якубовичем?