Глава 24
Страница 139 из 142
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 24

Страница 139

— Не вовремя я, да? — пробормотал он, кланяясь. — Вы уж простите Христа ради, не признал… Пойду-ка я, пожалуй, господа хорошие…

Он развернулся.

Тудук…

Я всё же заставил себя разлепить непослушные губы. Слишком многое этот мужик для меня сделал, чтобы просто так дать ему уйти.

— Стой… — прохрипел я, превозмогая накатившую слабость.

Извозчик замер и обернулся.

— Как… как звать-то тебя, дядька? — язык заплетался, слова выходили смазанными, пьяными. — Заходи, проведать-то. И где… где найти? Я ж тебе за проезд… так и не отдал…

Мужик растерянно заморгал, а потом вдруг тепло, по-отечески улыбнулся.

— Степан я, барин. Степан с Песков… А долг-то… да какой там долг, Господь с тобой. Живи главное…

Тудук…

Я пошатнулся.

— Держать строй, юноша, — негромко скомандовал над ухом Зембицкий, поддерживая меня.

Анна Францевна, мгновенно выступила вперед. Лицо тайной советницы выражало идеальный баланс строгой добродетели и материнского всепрощения.

— Какое безрассудство, — покачала головой вдова, хотя в ее глазах плясали торжествующие искры. — Владимир Феофилактович, немедленно внесите девочку в списки. Я прослежу за ее судьбой и, возможно, позже переведу в личные воспитанницы.

Затем она повернулась ко мне.

— Но ваш поступок не отменяет того факта, что вы бессовестно солгали мне. За самоуправство и обман назначаю вам наказание, Арсений. Неделя без сладкого.

У меня едва не вырвался истерический смешок, но горло выдало лишь хрип. Страшная кара.

— Сладкого⁈ — Зарубин аж поперхнулся воздухом, багровея от бессильной ярости. Старый жандарм с силой ударил тростью в пол. — Выпороть мерзавца на конюшне! До кровавых соплей вот стоящее наказание для сопливца! Бумаги еще не проверили, они всё покажут!

— Уймите гордыню, генерал! — грохнул в ответ бас отца Орнатского.

Священник навис надо мной. Его взгляд был тяжелым.

— Спасение невинной души — высшее благо и христианский долг, — веско произнес протоиерей. — За сие деяние Господь простит тебе многое, чадо. Но ложь остается ложью, даже во спасение. Накладываю на тебя епитимью: десять дней кряду, утром и вечером, читать Отче наш. Без утайки и с чистым сердцем. Понял ли?

Я медленно кивнул.

— Ему в постель надо, — вдруг вмешался Чехов, с тревогой вглядываясь в мое бледное лицо. Писатель обернулся к директору. — Юноша сейчас упадет. Распорядитесь отвести его в лазарет.

Тудук… тудук… Ноги действительно казались ватными, а язык едва ворочался во рту, но отступать было нельзя. Если я сейчас уйду, Зарубин отыграется на директоре или найдет какой способ докопаться.

— Никак нет, — мой язык заплетался, выдавая смазанную речь, но я упрямо вздернул подбородок. — Нормально… себя чувствую. Ваше превосходительство, осмотр еще не закончен. Там дальше… учебные классы.

назадназад
1 ... 137 138 139 140 141 142
впередвперед