Но Эйз никогда не задерживался в кабинете! Да и что ему вообще там делать? Истра все больше переживала, что с ее начальником что-то не так. Но имеет ли она право пойти и узнать? А если он расстроен? Если, в конце концов, такой бывает иногда с каждым, если ему просто нужно немного побыть в одиночестве? Хотя… Они пришли в Управление вместе, как всегда перед этим позавтракав в любимой кофейне на набережной. Эйз был весел и разговорчив, он собирался просто что-то там посмотреть в бумагах. Ушел в кабинет по какому-то мелкому делу. Но теперь сидит там уже два часа! Нет, это неспроста.

Истра решительно поставила на место очередную чашку, положила тряпку и направилась в кабинет. Девушка пару раз стукнула костяшками по двери, вежливо предупреждая следователя о своем вторжении, и поспешила переступить порог, пока сама же и не передумала говорить с Эйзом.

Он сидел за своим столом, заваленным бумагами. И просто смотрел вникуда. На какую-то очередную стопку документов, явно не замечая ее на самом деле. Молодой человек даже улыбнулся, когда увидел Истру. Но только улыбка эта получилась слишком неестественной и натянутой.

— Эйз… — Истра не знала, как правильно начать разговор. — Ты…

Она собралась и шагнула ближе, выпалила на одном дыхании.

— Дело не в том, что я за тебя нервничаю, — сказала девушка. — Что переживаю за тебя. Это нормально, ведь ты близкий мне человек. И ты, конечно, ничего не должен мне объяснять. Но я так боюсь, что тебе почему-то плохо…Ты можешь сказать, что произошло?

На этот раз улыбка у Эйза получилась более искренней, теплой и ласковой.

— Мне очень важно знать, что ты так ко мне относишься, — признался он. — Потому что ты тоже очень мне важна, Истра. И все же прости, что я заставил тебя нервничать. Просто…

Он тяжело вздохнул и опустил глаза на лежащие перед ним бумаги. Чуть помолчал, а потом все же продолжил.

— Мы закончили с тобой одно очень странное и печальное дело, — напомнил следователь. — Мы нашли преступницу. Хотя при этом оба испытываем к ней сочувствие. И это грустно. Я обещал, и сделаю все возможное, чтобы наказание для Агиды было мягким. Только… Понимаешь… Истра, у меня неприятное чувство, что мы вообще осудили не того человека.

— Как? — удивилась девушка. И сразу нахмурилась. — Агида тоже, как Иланна, пытается взять на себя вину за кого-то другого? Но…Но за кого? Ведь у нее никого нет, кроме дочери! И есть доказательства, что именно она убила Лару. Да и…Мы оба знаем, почему она так поступила. Хотя, да, согласна, обстоятельства толкнули ее на это убийство. У нее такая нелегкая жизнь…