Проигнорировав фривольно развалившуюся на лежанке эльфийку, я посмотрел на часы и поморщился.

Всего седьмой час утра, а значит, поспать у меня вышло не больше четырёх. Не то чтобы недосып сказывался на моих мыслительных способностях, а вот на доброте душевной — определённо.

— Почему здесь, а не у свиней? — поинтересовался я, принимая вертикальное положение и ставя босые ноги на тёплый песок.

— Не злись, Николай, тебе не идёт. По крайней мере, не в такой обстановке, — мурлыкнула Шилена, перетекая в сидячую позу. — Однако, если хочешь выместить на мне злость, мы можем пойти в твою комнату. И можем даже ту ушастую гоблиншу позвать. Жаболюдке с Блаженной, думаю, пока рано видеть…

— Эй, ты! — не став дослушивать эльфику, я окликнул гоблина в грязной майке по колени и изорванных шлёпках, что медленно тащил по песку чан с жидкой глиной.

Причём тащил вручную, несмотря на то, что для этого специально были выделены тележки…

— А? Чё? — коротышка едва не выронил ношу от неожиданности, однако удержал тазик.

Правда, небольшая часть содержимого всё же перелилась через край и потекла по майке, оставляя коричневый след.

— Жениться хочешь, воин? — поинтересовался я.

— Гоблины не женятся, дем… дим… долб… хозяин, — всё же подобрал слово зелёный, поставив тазик на песок. — Вожди, шаманы и сильнейшие воины заводят гаремы, чтобы передать свои силы другим поко… пака… детям. Мы же, обычные, лишены такой возможности. Нам, чтобы получить женщину хотя бы на ночь, нужно себя показать…

Гоблин грустно всхлипнул и, достав из длинного носа козюлю, вытер её о футболку, добавляя цветовое разнообразие к композиции из пятен на одежде.

— Ты не посмеешь… — донеслось до меня шипение эльфийки. — Это даже не смешно…

— А я сегодня крайне серьёзный человек, которого разбудила вредная девица и пытается выесть мозг с первой же секунды разговора, — я повернулся к Шилене. — Даже Моллиган хватало ума так не делать. Не пытайся заставить меня думать, что ты глупее Блаженной.

— Скучный ты, Николай. А Прядильщик говорил, что с тобой будет весело. Соврал, похоже… — вздохнула тёмная. — Но хоть над Блаженной с жаболюдкой подшучивать можно?

— Над этими можно, — немного подумав, кивнул я. — Но, когда они тебя за патлы таскать начнут по всему Аллоду, я спасать не явлюсь.

— Эй, эти волосы мягче шёлка. А ещё крепкие… Помню я один момент, когда их в качестве верёвок на мне использовали, — эльфийка закатила глаза.

— Зелёный, подойди как сюда… — поманил я пальцем стоящего истуканом гоблина.

— Да поняла я, поняла. Буду пай-девочкой, раз такие у тебя фантазии… Но, если что, помни, даже примерным девочкам есть что показать. Ты только намекни… — обнажила в улыбке белоснежные зубки Шилена.