— Тебе не позволят, — убеждённо произнёс Уфир. — Если не Система, так остальные.
— Кто? — рассмеялся Прядильщик. — Никто, кроме тебя, моих планов не знает. А ты же не будешь меня убивать. Или всё же будешь…
Вопрос повис в воздухе, так как улыбающийся Ордан начал быстро становиться прозрачным, а после и вовсе исчез.
— Вот любит же последнее слово за собой оставлять… Убивать или не убивать… Чёрт, если он знает, что я знаю, что он собрался мне это внушить, то наверняка понимает, что я так не поступлю… — задумчиво произнёс Уфир. — Или как раз-таки явился ко мне и вёл себя так, чтобы я так не поступил, ибо сейчас он уязвим… А-а-а, как же с ним сложно…
Раздражённый князь посмотрел на танцовщицу, оставленную Тёмным. Та дёргалась на полу в луже собственной крови, пытаясь продолжать чудовищный танец.
— Явился, голову запудрил, ещё и мусор за собой не убрал, — произнёс демон, после чего махнул рукой, и девушку охватило яркое пламя, моментально оборвавшее её мучения.
Глава 19
Аллод Шарова
Двести пятьдесят девятый день проекта
Ранее утро
— Совет бездельников объявляется открытым! — торжественно произнёс я, стукнув записной книжкой по столу, заставив вздрогнуть собравшихся в гостиной членов совета, прикорнувших в ожидании своего демиурга. То бишь меня.
— А ты чего такой весёлый, Николай? Поспать успел? — с подозрением произнёс Иваныч.
— Что за грязные инсинуации? Некогда спать. Ибо пока ты спишь, враг качается! Тем более что мы, как оказалось, опять в роли аутсайдеров, — я, не удержавшись, зевнул так, что едва челюсть не вывернул.
Разборки в замке закончились каких-то двенадцать часов назад, и за всё это время я даже присесть не смог.
Вначале из катакомб выбирался, после фронт работ Нобелю и остальным членам «корабля» нарезал, а после ещё и к князю на Аллод заглянул.
Аллод Штрафа, в отличие от баронского, присоединить можно было, однако недолго поразмышляв, решил всё же поглотить. Естественно, сначала вывезя всё самое ценное.
— С таким-то сорванным банком? — удивилась Моллиган, у которой под глазами виднелись такие же мешки, что и у меня. Ну да, мы тут все уже вторые сутки без сна и на нервах. — Да за два таких Аллода Система столько начислит, что наш до десятого поднимется точно.
— Так-то оно так, вот только я имел в виду не конкретно нас, а человеческую расу в целом, — произнёс я, открывая ежедневник. — Я здесь поразмышлял на досуге и пришёл к неутешительным выводам. В общем, есть два стула… То есть две новости. С какой начать?
— Наверняка обе плохие? — с подозрением спросил Иваныч.
— Блин, Старый, вот за что я тебя люблю и уважаю, так это за неиссякаемый оптимизм… Не плохие, а ужасные, — я улыбнулся.