Она выпучила глаза и замотала головой.

— Я не понимаю, что вы от меня хотите, — забормотала она.

— Хочу узнать, на каких условиях ты заключила контракт с демоном, — мой голос стал жёстче.

Метка была, а значит, ошибиться я не мог.

— Я ничего не заключала, — фыркнула она, продолжая упираться.

— Уверен наверняка, что ты лжёшь. И если ты хочешь, чтобы тебе помогли, а не сразу отправили на казнь, то говори.

Император хмыкнул. Так он намекал, что у меня нет никаких прав распоряжаться её жизнью и давать подобные обещания.

— Я ничего не делала, — продолжила она.

— В таком случае казним всех, — грозно заявил император.

В его глазах не было ни капли сомнений.

— Нет, не надо! — залепетал мальчишка, самый юный из тех, кого сюда привели.

Одет он был прилично — видимо, это сын дамы в пышном платье.

— Ты знаешь ответ на мой вопрос? — обратился я к нему.

— Да. Мама продала свою душу, чтобы у меня была лучшая жизнь, — мальчик опустил голову.

Он наивно надеялся, что правда спасёт мать… но в жизни не бывает всё так просто. Здесь не прощают предательства.

— И ты её получил? — усмехнулся император.

— Мы стали придворными, — печально ответил парень.

— А недавно этот демон заявился во дворец и потребовал плату, — предположил я. — Так вы и узнали о предательстве, но подумали, что он пришёл не за тем, что ему причитается, а чтобы переговорить с одним из своих.

— Вы угадали, Демьянов, — император достал из ножен свой меч.

Артефактный. Не уверен, что после убийства таким даже человек отправится на перерождение. Я даже отсюда чувствовал, какая энергия от него исходит. Сложилось впечатление, что он может разрубить не только плоть, но и саму душу.

Женщина упала на колени и принялась молить о пощаде. Но лицо Петра Третьего осталось таким же холодным.

Император приблизился к ней и замахнулся. Через миг голова женщины слетела с плеч…

Остальные закричали. Женщины закрыли лица руками. Сын этой дамы подбежал к тому, что осталось от её тела, и завопил:

— Мама! Мама! Нет!

— Ты следующий! — указал на него окровавленным клинком император.

— Подождите! Он же не предатель! — вмешался я, преграждая путь государю.

Спокойными оставались только я, император и гвардейцы.

— Он сын предательницы, а значит, и сам предатель, — отрезал Пётр Третий.

Я встал между императором и мальчишкой. Да, поступок был опрометчивый, но иначе я поступить попросту не мог. Невинный не должен пострадать. К тому же парень увидел, что бывает после сделок с демонами, и этот пример навсегда останется в памяти… чтобы он не повторил участь матери.

— Он невиновен, — заявил я. — Если хотите его убить, то тогда вам придётся победить меня.